Вы здесь

МАВРЫ ИДУТ!

МАВРЫ ИДУТ!

На прошлой неделе крайизбирком отозвал из суда иски об отмене результатов голосования по 21 депутату краевой думы, поданные им «в связи с выявленными массовыми нарушениями и подкупом избирателей в период выборной кампании 2007 года». Напомним, народных избранников – эсеров, хотели лишить мандатов только за то, что краевая организация «Справедливой России» в период выборов якобы обещала электорату в обмен на поддержку ...бесплатную сторублевую подписку на несколько номеров газеты «МК-Кавказ». Объявили же об отзыве исков не где-нибудь, а на специальной пресс-конференции в голубом зале краевой думы. И в присутствии не кого-нибудь, а аж секретаря центрального исполкома «Единой России» А. Воробьева. Для этого важного дела этот крупный партфункционер прибыл из самой Москвы.

Грустнее всего было смотреть на формального инициатора и вдохновителя всей этой смутной затеи с изгнанием депутатов из думы - председателя крайизбиркома Б. Дьяконова. Сколько красноречия проявил он в свое время, когда обосновывал необходимость подачи исков! «Сплошные нарушения выборного законодательства», «наглый подкуп избирателей», «такие люди не могут быть депутатами» - это из тех его речей. Говорил он уверенно, так, будто наперед знал результат судебных разбирательств. Теперь же он выступил перед журналистами первым, и таким же (!) бодрым тоном обосновал поворот избиркома на сто восемьдесят градусов: мол, мы приняли решение отозвать иски «в связи с изменениями, которые произошли в думе». А чтобы предотвратить закономерные вопросы журналистов, поумничал в том смысле, что самим фактом подачи исков в суд достигнута одна из функций правосудия – перевоспитание, поскольку теперь никому неповадно будет нарушать закон. Другая же его основная функция – возмездия, не применена, так как в суде уже нет необходимости.
Когда караван поворачивает назад, первым оказывается хромой верблюд. Не знаю кому как, а мне председательские объяснения показались в правовом плане элементарно хромающими, а по здравому смыслу - отдающими словоблудием. Во-первых, суд не состоялся, и сам факт нарушения закона не доказан, поскольку может быть установлен только в судебном заседании. Как можно рассуждать о состоявшихся «функциях правосудия», которого не было? Странно, что до всего этого не допетрил Дьяконов, юрист и бывший адвокат, не упускающий возможности при случае козырнуть своей правовой подготовкой. Во-вторых, во всех учебниках права прописано, что гарантией соблюдения законности является неотвратимость наказания, а не угроза им, что фактически было в нашем случае. В-третьих, и это самое главное, Дьяконов не сказал ничего о самом нарушении выборного законодательства: по-прежнему ли он считает, что оно было, и если имелось, то куда же его все-таки теперь деть? А как же с азами правового общества, в том смысле, что каждое преступление должно быть наказано? И не является ли с настоящего момента крайизбирком, по закону обязанный соблюдение этого самого выборного законодательства контролировать и пресекать, фактическим укрывателем преступления? Бездействие его чиновников в этом случае – само по себе нарушение закона. Если же подкупа избирателей в период выборов не было, то кто ответит за то, что их фактически оклеветали, что два месяца чуть ли не половина депутатов краевой думы была вынуждена, бросив заботу о народе, писать отзывы на иски, нанимать адвокатов, собирать доказательства своей невиновности? Часть из них сломалась – именно так можно расценить переход эсеров во фракцию единороссов.
Я задал Дьяконову лишь один из вертевшихся на языке вопросов: не кажется ли председателю, что крайизбирком использовал в данном случае закон в своих интересах или в интересах правящей партии «Единая Россия»? В том смысле, что, подвесив депутатов, политических соперников единороссов на крючок исков, партии проще стало единогласно провести в председатели думы своего одно - партийца Д. Еделева? А также перетащить в свою фракцию столько вчерашних эсеров, что она стала теперь главенствующей в думе? И не это ли является теми «изменениями в думе», которые, по его словам, стали причиной отзыва исков? Мавр сделал свое дело, мавр теперь может уйти?
Последние слова я вслух не сказал. Но Дьяконов все равно обиделся. Сделал замечание, что здесь не дискуссия, а пресс-конференция. И мое дело – лишь задавать вопросы. А рассуждать я могу в своей газете. Надо полагать, председателю показалось, что я покусился на его право умничать. Он обратил мое внимание, что сейчас не 37-ой год. И расправой в стиле того времени здесь не пахнет. Крайизбирком хочет конструктивной работы думы, потому и отозвал иски.
Насчет 37-го – очень странное замечание. Я и не строил таких параллелей. И даже не думал о тех временах. А Дьяконов почему-то строит. Но тогда же, Борис Борисович, сажали тысячами. А сейчас пока взяли лишь одного. Неужели Вы тайно думаете, что сейчас, как и тогда, лидеров победившей на краевых выборах парторганизации органы репрессировали по политическим мотивам? Если так, то это очень смело. Ваши однопартийцы единороссы этого не поймут. Ну а насчет хотения конструктивной работы... По-моему, она в думе была, и именно иски крайизбиркома ее разрушили.
Юпитер, ты сердишься, значит, ты не прав. Дьяконова трудно сравнить с Богом, даже языческим, – все же он фигура больше техническая в силу должности. Сидел бы в своем удобном кабинетике, сопел в две дырочки, контролировал избирательные участки, считал голоса и составлял протоколы. Но, поди же ты, из кожи вон лезет, чтобы казаться громовержцем: чаще иного политика дает пресс-конференции, заводит дела на газеты, на депутатов, поучает редакторов. Возможно, ему кажется, что это его поднимает в глазах ставропольцев. Но, по-моему, это его опускает. Не в свои сани не садись – не нами придумано. Несоответствие натуры чину все равно вылезет. Конфуз с исками – как раз оно. Теперь «громовержец» делает хорошую мину при плохой игре.
С другой стороны, техник занял нишу публичного политика потому, что она пуста. С политиками у нас не густо. Скорее – пусто. Иных уж нет, а те далече. Когда баре уезжают, главным на усадьбе остается дворник.
Но вернемся к пресс-конференции. Спотыкающегося на логических кочках Дьяконова бросился спасать депутат А. Долин – руководитель фракции эсеров в думе. Мол, все проще: формальным основанием для решения крайизбиркома послужило обращение нашей фракции с просьбой забрать иски. Мы дали определенные гарантии... Понимай так: мы, наконец, договорились. Мы сдаемся, пылить на правящую партию больше не будем.
Ну а потом наступил черед главного номера концерта: микрофон включил А. Воробьев. Сказал, что «Единая Россия» многое для края сделала и еще сделает. Новый президент ставит новые задачи, и для партии на настоящем этапе нужна конструктивная работа краевой думы. Именно поэтому она сделала все, чтобы конфликтная ситуация была исчерпана.
Вопросов а ля Мавр к Воробьеву у меня не было. В самом деле, обидеть за одну пресс-конференцию двух функционеров – это слишком. Так можно весь партийный оркестр расстроить. Да и не требовать же от секретаря прилюдно сознаться в том, в чем его партию подозревает любой более-менее разбирающийся в происходящем человек. Что именно проигрыш единороссов, желание их не мытьем так катанием взять власть в думе, а не какая-то там сторублевая подписка, стали подлинной причиной исков. Ну а раз причина отпала – власть взята, то и иски не нужны. Да секретарь бы и не раскололся. Уж чем-чем, а словоблудием московские политики владеют в совершенстве.
Пресс-конференция была в среду, а в пятницу стало известно о принятии президентом отставки губернатора края А.Черногорова. Стал понятен повод для всей этой суеты. Предложение президентом новой кандидатуры главы региона требует предсказуемой краевой думы. Где эта кандидатура пройдет без сучка и задоринки. Подвешенные же на крючок депутаты здесь плохой союзник. То, что безотказно сработало при выборах председателя, могло дать сбой при утверждении губернатора. Загнанных лошадей пристреливают, но они напоследок способны и лягнуть. А ну как тот самый 21 депутат проголосует против? Хотя бы для того, чтобы привлечь внимание президента к себе. Наверняка же начнется разбор полетов, и до Кремля дойдут методы политической работы правящей партии в провинции. Некоторые депутаты, кстати, о таком развитии событий говорили вслух. Тут запахло жареным. Потому и примчался Воробьев в пожарном порядке в Ставрополь, потому и приложил все свое красноречие и весь свой политический вес, чтобы убедить крайизбирком отозвать иски и снять проблему. Предотвратить даже теоретическую возможность облома.
Это ему удалось. Председатель крайизбиркома в процессе поворота на сто восемьдесят градусов потерял морду лица? Не беда, переморгает. Да и до новых выборов забудется. Зато теперь у нас, как и повсюду в стране, правильная дума с имеющей большинство фракцией правящей партии. Готовая проголосовать за нужного губернатора.
Вообще-то источник власти народ, а не партия. Но в нашем случае народ безмолвствует. Да и что ему остается, если он видит, как не могут защитить себя депутаты, пришедшие к власти под флагом справедливости. Если они не способны постоять за себя, то уж рядовых граждан защитить не смогут тем более. Да и кто станет драть глотку за тех, кто предал свои идеалы, перебежал туда, где сейчас сила и власть?
Чиновники всесильны, депутаты безвольны, а народ безмолвствует. Наверное, именно это и называется управляемой демократией.

Александр ЕМЦОВ.

Номер выпуска: 
Оцените эту статью: 
Голосов еще нет