Вы здесь

ТЕАТР ОДНОГО СУДЬИ

ТЕАТР ОДНОГО СУДЬИ

Сразу два санатория стали объектом рейдерской атаки. И главную скрипку играет Фемида.
Знаменитая на всю страну сельхозартель «Пролетарская Воля» обанкротилась и официально умерла как юридическое лицо в декабре 2003 года. Именно тогда артель исключена из ЕГРЮЛ - единого государственного реестра юри-дических лиц. «Похороны» были проведены совершенно законно, на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства. Спустя ровно пять лет, в декабре 2008 года, артель восстановлена в реестре. Опять же решением суда, уже, правда, общей юрисдикции.
Не может быть, скажет человек, более-менее сведущий в юридических вопросах. Чтобы «общевойсковой» суд фактически отменял решение арбитражного? Да еще по результатам процедуры банкротства, длящейся, как правило, многие годы? Да еще через пять лет, когда срок давности по этим делам - три года?
Может, и еще как. Кудесник, проведший воскрешение артели, не Бог. И даже не Григорий Грабовой, обещавший воскресить детей Беслана и за то угодивший за решетку. Кудесник этот - судья Ленинского районного суда Ставрополя Ольга Ильинична Денисова. Хотя кому-то эта дама в черной мантии и является с нимбом над головой, как своего рода бог на нашем судейском Олимпе. После того, как сделает невозможное возможным.

ШЕЛ-ШЕЛ, ТРАКТОР НАШЕЛ...
В роли страждущего перед нашим доморощенным богом предстал некто Р.Нагаев. Этому проживающему в селе Юца Предгорного района 74-летнему гражданину вдруг несказанно повезло: нашел на мехдворе СХП им. С.В. Луценко лишний трактор Т-75. По техническому паспорту железяка числилась за уже упоминавшейся и умершей «Пролетарской волей».
Лишний и лишний. Другой бы перегнал железного коня на свой двор и по ночам соседям огороды пахал, зарабатывал семье копейку. Но Рамазан Исхакович не той породы. У таких совесть аж из ушей торчит. Как же так, артель закрыли, а имущество осталось? И он обращается в Ленинский райсуд с требованием к налоговому органу, ни много ни мало, признать незаконной запись в госреестре о ликвидации артели, восстановить ее там, а заодно и признать незаконными действия своего односельчанина - И.Спивака. Мол, тогда он был членом правления артели и нанес ему лично 50-тысячный ущерб.
На взгляд нормального человека требования абсолютно бредовые. Как может шестнадцатилетний трактор, пусть даже и оцененный в триста тысяч рублей, воскресить артель, обанкроченную в законном порядке за долги и оставшуюся должной кредиторам без малого пятьдесят миллионов рублей? Почему не оспаривается решение арбитражного суда, признавшего артель банкротом? Почему истец требует «признать незаконной деятельность члена правления», а не всего правления? Или хотя бы его председателя, что было бы логичнее? Наконец, почему суд Ленинский, а не Предгорный? Ведь и Спивак, и «Пролетарская воля» - юцкие, их налоговая инспекция располагается в Ессентуках.
Но это нормальным людям все кажется бредом. «Нормальным пацанам», среди которых встречаются и судьи с нимбом, все это очень даже не бред. «Нормальные пацаны» потому и нормальные, что могут сделать все, в том числе и невозможное. Главное - поставить цель. Спивак - он ведь только живет и работает в Юце. А прописан, то есть, зарегистрирован - в Ленинском районе краевого центра. На время суда, на квартире, где живет водитель юридического агентства, взявшегося представлять интересы Нагаева. Почему Денисовой и не принять такое заявление? Тем более, что интересы и истца, и ответчика представляют юристы из одного и того же юридического агентства «СРВ» С. Клушин и С. Феронов.
«ПРИВЕЛО К БЕСПРЕЦЕДЕНТНОМУ В СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ СЛУЧАЮ...»
С требованиями истца только с виду все сложно. Да, федеральный закон о банкротстве содержит целый параграф «Банкротство сельскохозяйственных организаций». По нему возродить предприятие с такими долгами практически невозможно. Но Денисова на него ни разу даже не сослалась. Она взяла на вооружение ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» 1995 года. И пришла к выводу, что в далеком 2003-м нарушен пункт 6 его 42-й статьи. А именно: а) правление при проведении процедуры банкротства не собирало общее собрание артели, не приняло план мероприятий по защите интересов членов артели, б) в момент принятия решения о ликвидации, регистрирующий орган не проверил наличие у артели имущества, которое могло быть распределено между ее членами.
Но, во-первых, этот самый пункт 6 введен в статью 42 только 28 июня 2003 года - уже на стадии конкурсного производства в «Пролетарской воле». В момент принятия судом решения о банкротстве артели, а было это годом ранее 29 июля 2002 года, пункта 6 юридически еще не существовало. И ссылаться на него сейчас - явная правовая нелепица. Для регистрации ликвидации артели конкурсный управляющий представил все необходимые на тот момент документы, иначе бы исключения из реестра не произошло. Во-вторых, в обязанности регистрирующего органа не входит проверка наличия имущества. Этим занимается конкурсный управляющий. Как он мог что-то распределять между членами, когда артель осталась должна кредиторам пятьдесят миллионов рублей?
В претензиях к Спиваку, надо отдать ей должное, Денисова отказала. Но Нагаев, а точнее, те, кто затеял эту многоходовую комбинацию, на нее скорее всего не в обиде. Денисова удовлетворила главное требование иска - к налоговому органу. И признала запись в реестре недействительной, и обязала артель в реестре восстановить. Несмотря на выше изложенные нестыковки, несмотря на то, что рассмотрение подобных требований относится к специальной подведомственности арбитражного суда (ст.33 АПК). По этому поводу уполномоченный по правам человека в крае, заслуженный юрист РФ А.Селюков потом напишет: «Неправильное применение Ленинским районным судом норм материального права привело к беспрецедентному в судебной практике случаю, когда решением суда общей юрисдикции первой инстанции было отменено решение арбитражного суда и определение этого же суда о результатах исполнения этого решения».
Представляю, с каким лицом руководители Межрайонной налоговой инспекции №10 читали решение Денисовой. Первым порывом было - обжаловать его в вышестоящей судебной инстанции. Что и сделали. Но следом вдруг в суд летит письмо, подписанное представителем инспекции М.Силиным: «Просим вернуть жалобу... ошибочно направленную в ваш адрес».
Что такое архиважное случилось, кто и на какую педаль вдруг надавил - неведомо. Только единственный ответчик, который мог еще остановить эту комбинацию путем обжалования решения, вдруг добровольно вышел из игры.
СУДЬЯ МЕНЯЕТ... ЗАКОН
А кто же теперь может представлять воскрешенную «Пролетарскую волю»? Полномочия председателя прекращены после объявления артели банкротом в 2002-м году, а конкурсного управляющего - после окончания конкурсного производства в 2003-м. По логике вроде - конкурсный управляющий, раз запись об исключении из госреестра аннулирована. Пусть допродаст этот несчастный трактор, разделит между кредиторами и пайщиками и канет в небытие? Но налоговики умывают руки. Представитель истца обращается к Денисовой - за разъяснением порядка исполнения решения.
Денисова опять достает из своего волшебного правового сундучка закон о сельхозкооперации и пишет в определении: «...В соответствии со статьей 26, исполнительными органами кооператива являются председатель и правление. ...При восстановлении артели регистрирующему органу следует исходить из того, что единоличным исполнительным органом кооператива (председателем) является лицо, действующее до введения процедуры банкротства, сведения о котором должны быть внесены (в госреестр - А.Е.) при исполнении решения суда». То есть некто С.Иванов, при котором «Пролетарская воля» банкротилась.
Так лихо Денисова: а) пересмотрела решение арбитражного суда, прекратившего семь лет назад полномочия председателя, и реально восстановила их вне рамок избрания. То есть, опять провела уже привычное нам воскрешение покойника, б) пересмотрела положения закона о сельхозкооперации, поскольку увеличила срок полномочий председателя с пяти лет, как то прописано в законе, до семи. А то и на больший срок. Ведь ни надлежащим образом оформленных списков пайщиков артели, ни ее правления пока в наличии нет, и новый-старый председатель может теперь разгуливать с печатью сколько угодно. И делать что угодно.
Он и разгуливает, и делает. То, что, видимо, и замышлялось в самом начале всей этой многоходовки.
БЫЛА - ДОЛЯ, СТАНЕТ - ДУЛЯ
В феврале Нагаев подает новый иск - о признании недействительной сделки. Якобы председатель Иванов еще в феврале 2002 года незаконно продал принадлежащую «Пролетарской воле» в составе некоммерческого партнерства санатория «Колос» так называемую идеальную долю. Продал двум сельхозпредприятиям - СПК «Терновское» и СПК колхоз им. Ворошилова Труновского района. Мол, такая сделка требовала одобрения правления, а председатель провел ее самолично. Нагаев, кроме признания договора купли продажи доли недействительным, требует вернуть долю «Пролетарской воле», обязать налоговиков аннулировать запись в реестре о внесении изменений в учредительные документы санатория.
На самом деле два выше названных хозяйства внесли имущественный пай в некоммерческое партнерство «Колос», когда артель уже была фактически в предбанкротном состоянии. Договор подписал кроме председателя С.Иванова еще и внешний управляющий М.Мошеев. Остальные участники партнерства предполагали развивать здравницу и подыскали способных к инвестированию покупателей. А это было необходимо, поскольку здравница представляла собой старый корпус без удобств и заброшенный, поросший бурьяном недострой нового корпуса. Новые хозяева заплатили на двоих 2 миллиона 500 тысяч рублей, став тем самым новыми членами партнерства. По тем временам деньги хорошие. За семь лет каждое хозяйство вложило в развитие санатория от 10 до 12 миллионов рублей. Прямо скажем, из в прошлом заштатной колхозной лечебницы они сделали конфетку. Причем, конфетку с шоколадной начинкой. Ведь стоит она в самом центре Кисловодска, прямо у колоннады.
Возились-возились, сделали из ничего что-то. И теперь отдавать?
В случае удовлетворения Денисовой иска, в чем я, например, абсолютно не сомневаюсь, хозяйства будут обязаны возвратить свои права на треть имущества санатория «Пролетарской воле». Которая, в силу того, что должна 50 миллионов кредиторам, даже теоретически не сможет вернуть им ни 2 миллиона 500 тысяч их стоимости, ни 22 миллиона, затраченных на возрождение здравницы. Так что имели долю - получат дулю.
Интересы Нагаева в суде представляет уже знакомый нам С.Клушин из уже знакомого юридического агентства «СРВ». Ему же выписывает доверенность и С.Иванов из воскресшей «Пролетарской воли». Вы, читатель, теперь понимаете, к чему сыр бор? И артель, и Иванов - ее председатель, живы, и можно поворачивать историю вспять. Артель формально вроде должна быть ответчиком! Но в иске почему-то им не значится. Она пока за кадром? Иск, если вы еще не догадались, попадает опять Денисовой. Неужели снова Спивак в качестве наживки? Нет, у этих ребят всегда оригинальные ходы. В качестве якоря, призванного зацепить иск за Ленинским судом, уже служит управление юстиции РФ по Ставропольскому краю. Не беда, что заявленные к нему требования - исключить из состава некоммерческого партнерства два сельхозпредприятия, - не входят в полномочия управления. Это, по уставу, функция общего собрания самого некоммерческого партнерства.
Денисова, понятное дело, всей этой нелепицы в упор не видит. И не слышит управление минюста, которое объясняет, что оно здесь сбоку припека. Судья с нимбом берет дело к рассмотрению. Справедливое ходатайство «Терновского» об исключении управления минюста из ответчиков и изменении подсудности, само собой, отвергает. Но охотно принимает предложенные истцом обеспечительные меры - о запрете регистрации в госреестре любых изменений в уставных документах некоммерческого партнерства «Колос».
КТО ЗАКАЗЫВАЕТ МУЗЫКУ
Руководители СПК «Терновский» И.Богачев и СПК колхоз им. Ворошилова В.Свиридов не такие простые, как кому-то может показаться. Оба много лет у руля предприятий, всякое видели на своем долгом веку. Они знают, что за всем этим стоит В.Айтов, хозяин крупной кавминводской и не только корпорации «АБП», владелец коньячного и многих других заводов, скупивший в свое время все, что осталось от «Пролетарской воли». В прошлом году от него приезжал в «Терновский» депутат краевой думы, руководитель юрагенства «СРВ» Р.Савичев.
- Намерений своих не скрывал, - рассказывает председатель, депутат краевой думы И.Богачев. - Мол, продай моему доверителю долю за семь миллионов рублей. Пришлось ответить, что мы вложили в санаторий вдвое больше. Да и не для бизнеса входили в партнерство, а чтобы здоровье своих рабочих поправлять. У нас там ежемесячно по 10 - 12 человек отдыхает. А это не продается.
Потом Богачев сам инициировал встречи с Айтовым в Ставрополе, Ессентуках. Участвовали в них, кроме Богачева, еще и Свиридов, а также еще один член некоммерческого партнерства «Колос» председатель колхоза «Россия» С.Пьянов и руководитель ассоциации «Ставропольсельхозздравница» В.Никотин. Хотели самолично убедиться, действительно ли корпорация «АБП» положила на их санаторий глаз? Убедились. И остались непреклонны. Наверное, прошло время, когда таким, как Айтов, имущество доставалось за шапку сухарей.
- Тут дело даже не в деньгах, - делился со мной один из руководителей. - Тут дело в самоуважении. Нет тех денег, за которые можно продать собственное достоинство.
Айтов ушел ни с чем. Но, видимо, зашел с другой стороны.
ДЕЙСТВИЕ ПОСЛЕДНЕЕ, НЕ ЗАВЕРШАЮЩЕЕ
Последние новости с театра военных действий за взятие санатория. Он, этот театр, расширяется. В тот же Ленинский суд обращается с иском уже известное нам СХП им. С.В.Луценко. СХП, кстати, в свое время возникло на обломках «Пролетарской воли» и контролируется Айтовым. Хотя и «воскресшая» артель, судя по всему, им уже тоже контролируется. Так вот, СХП через представителя, опять же юриста «СРВ», обращается в суд с иском о признании незаключенным учредительного договора уже другого некоммерческого партнерства - санатория «Нива» в Ессентуках. Якобы, члены партнерства в июле 2007 года на собрании пересмотрели и зарегистрировали учредительный договор без него, и он не согласен.
Как утверждается в иске, «СХП имело там долю, составляющую 0,6 процента в общей стоимости имущества санатория». Не правда ли, про «долю» - почерк знакомый? Представителей хозяйства в суде - юристов, абсолютно не смущает тот факт, что при такой организационно-правовой форме организации, как некоммерческое партнерство, «долей» нет и быть не может. Есть только имущественные взносы. К тому же, СХП год назад вроде свой взнос забрало. А вот, поди же ты, вспомнило и пылит. Мало того, уже после обращения в суд разделило эту «долю» еще на 25 (!) равных частей, продало 24 из них аффилированным корпорации «АБП» структурам и теперь ходатайствует о привлечении в процесс всех 24(!) в качестве третьих лиц. Судья - и тут вы, читатель, правильно догадались, это Денисова, - ходатайство удовлетворила.
- Они настаивают на том, что все 25 имеют равное право голоса в партнерстве. И будут диктовать условия остальным тринадцати членам партнерства, - делится своими соображениями юрист, представляющий «Ниву». - Дело идет к тому, чтобы прибрать санаторий к рукам. И Ленинский суд им в этом поможет.
Предположение не лишено логики.
Бог шельму метит. В договорах продажи этой «доли» СХП предприятиям, не одно из которых не расположено в Ставрополе, а преимущественно - на Кавминводах, есть красноречивый п.6.2: «При не достижении согласия все споры и разногласия разрешаются в Ленинском районном суде города Ставрополя». Хотя обычно пишут: «В установленном законом порядке». А закон определяет подведомственность таких дел не районному общей юрисдикции, а арбитражному суду. И никаким, даже самым премудрым договором, эту подведомственность нельзя изменить.
Надо бы, ребята, и фамилию судьи в договорах указать: «Ольга Ильинична Денисова». Тогда была бы абсолютно ясная картина Ставропольского правосудия.

Александр ЕМЦОВ.

Номер выпуска: 
Оцените эту статью: 
Голосов еще нет