Вы здесь

АРХИВНЫЙ МАТЕРИАЛ - ВОЗДУХ УЧЕНОГО

АРХИВНЫЙ МАТЕРИАЛ - ВОЗДУХ УЧЕНОГО
Елена ГРОМОВА, сотрудник Государственного архива Ставропольского края

Хранилищами документальной памяти народа образно называют архивы. Именно из них, как из бездонного колодца, черпают исследователи сведения по истории края. «Архивный материал - воздух ученого», - говорил историк С.О. Шмидт.
А вот слова другого известного историка Льва Гумилева: «Больше всего люблю документы. Это не просто бумаги. Они, подчас, написаны страстями, страданиями, кровью». Справедливость этих слов можно с успехом подтвердить на примерах документов, хранящихся в Государственном архиве Ставропольского края.
Прежде всего, это уникальные первоисточники, связанные с именами замечательных людей, бывавших на Ставрополье. Здесь не обойдешь имя Михаила Юрьевича Лермонтова. Как известно, поэт бывал на Кавказе, в том числе и в Ставрополе, в разные периоды своей короткой, но такой яркой жизни.
Вторично сосланный на Кавказ в начале мая 1841 года М.Ю. Лермонтов последний раз побывал в нашем городе, следуя к месту службы в Тенгинский пехотный полк. Из Ставрополя поэт писал Е.А. Арсеньевой: «Милая бабушка. Я сейчас приехал только в Ставрополь и пишу к вам; ехал я с Алексеем Аркадьевичем (имеется ввиду двоюродный дядя поэта капитан Нижегородского драгунского полка Столыпин-Монго - Е.Г.) и ужасно долго ехал, дорога была прескверная...». Из этого же письма: «...Я все надеюсь, милая бабушка, что мне все-таки выйдет прощение, и я могу выйти в отставку...». Но прощения он не дождался... В этот приезд Лермонтов был в Ставрополе не более двух дней. Получив в штабе подорожную, он отправился в полк. А через два месяца поэт был убит на дуэли.
Об этом событии знаешь со школьной скамьи, но все равно, беря в руки дело 170-летней давности, с волнением читаешь датированное 21 июня 1841 года представление начальника управления Пятигорского округа начальнику Кавказской области: «Вашему превосходительству имею честь донести, что находящийся в Пятигорске для пользования болезней кавказскими минеральными водами, уволенный от службы из Гребенского казачьего полка майор Мартынов, и Тенгинского пехотного полка поручик Лермонтов сего месяца 15 числа в четырех верстах от города у подошвы горы Машуки имели дуэль, на коей Мартынов ранил Лермонтова из пистолета в правый бок навылет, от каковой раны Лермонтов помер на месте. Секундантами были у них находящиеся в Пятигорске для пользования минеральными водами лейб-гвардии конного полка корнет Глебов и служащий во II отделении собственной Его Императорского Величества канцелярии титулярный советник князь Васильчиков... По сему происшествию производится следствие, майор Мартынов, корнет Глебов и князь Васильчиков арестованы».
В 1848 году научным сотрудником краевого архива В.А. Чихирь было найдено дело о погребении тела, убитого на дуэли поручика Лермонтова. Документы эти были обнаружены ранее председателем Ставропольской ученой архивной комиссии
Г.Н. Прозрителевым. Дело возникло по доносу священника Скорбященской церкви г. Пятигорска Василия Эрастова, который не только отказался участвовать в погребении погибшего поэта, но даже донес на своего коллегу протоиерея Александровского архиепископу Новочеркасскому и Георгиевскому Афанасию, будто бы тот «погребши тело убитого на дуэли Лермонтова в статью метрических за 1841 год книг его не вписал и данные 200 рублей ассигнациями в доходную кружку притча не внес». По мнению Василия Эрастова, Лермонтова «как умышленного самоубийцу надлежало палачу в бесчестное место оттащить и там закопать».
Впоследствии выяснилось, что запись в метрическую книгу была внесена, а деньги в количестве 50 рублей были пожертвованы «на провожание тела Лермонтова» капитаном Столыпиным. Протоиерей Александровский только пропел над телом «Святый Боже». Кавказская духовная консистория, однако, нашла, что и этого делать не следовало. Великий русский поэт был лишен погребения по православному обряду.
Интересно, что священник Василий Эрастов присутствовал на открытии в августе 1889 года в Пятигорске памятника М.Ю. Лермонтову и покаялся в содеянном.
К сожалению, в краевом архиве хранятся только копии документов о погребении поэта. Подлинники в настоящее время находится во Владикавказе в Центральном госархиве Республики Северная Осетия-Алания. Но сохранилась подлинная запись об этом деле в журнале Кавказской духовной консистории.
«Свежо предание, а верится с трудом», «Дома новы, а предрассудки стары», «Чины людьми даются, а люди могут обмануться», «Ну как не порадеть родному человечку» - все эти теперь крылатые выражения из бессмертной комедии «Горе от ума» принадлежат Александру Сергеевичу Грибоедову. Но он известен не только как литератор, но и как блестящий дипломат.
В своих воспоминаниях Александр Сергеевич писал, что дорогой через Ставрополь пользовался многократно. Впервые - в 1819 году, направляясь в Тифлис, откуда в составе дипломатической миссии должен был выехать в Иран (Персию). В Иране он с успехом провел сложные переговоры о возвращении на родину русских солдат, плененных персами во время войны с Россией.
В июне 1828 года А. Грибоедов был назначен послом в Иран и проезжал через Ставрополь. Отсюда он писал своему другу писателю Ф. Булгарину: «...Здесь меня задерживают - приготовление конвоя. Как добрый патриот, радуюсь взятию Анапы. С этим известием я был встречен тотчас при въезде в город... Генерал Емануэль отправился из Ставрополя в Анапу, чтобы принять присягу от тамошних князей...».
В январе 1829 года А.С. Грибоедов был убит персидскими фанатиками.
В краевом архиве хранится интересный документ 1829 года, написанный на русском языке и рядом - арабской вязью. Это извещение о смерти российского дипломата. Бумага эта представляет ситуацию явно в приглаженном виде, выгодном правительству: «По замирении с персидским шахом наш Великий Государь отправил своего посланника, действительного статского советника Грибоедова в Тегеран, при переезде коего из Тегерана в Тавриз некоторые злоумышленники, имея еще злость от потери в прошедшую войну, сделали в недалеком расстоянии от Тавриза внезапное нападение на него и убили». Ценой крови Грибоедова стал известный с 1000 года на Востоке знаменитый алмаз «Шах», который иранский шах в знак примирения прислал Николаю I после переговоров о конфликте.
Около двухсот лет прошло с появления другого дела, начатого по прошению ротмистра лейб-гвардии казачьего полка князя Александра Багратиона о причислении его в сословие дворян Кавказской губернии Ставропольского уезда. Александр - родной брат прославленного полководца Отечественной войны 1812 года Петра Багратиона, который неоднократно бывал в Ставрополе по делам службы. Военную карьеру он начал в крепости Кизляр, входившей в то время в Кавказскую губернию. А отец их, Иван Багратион, присутствовал с российской стороны при подписании в 1783 в крепости Георгиевск Георгиевского трактата, по которому Грузия переходила под покровительство России.
Особый интерес в деле представляет поколенная роспись и герб князей Багратионов. Оказывается, род их идет от грузинского царя Вахтанга Великого. На гербе, представляющем щит, на синем и красном полях изображены держава, праща, перекрестье меча со скипетром. Эти предметы символизируют власть, военные успехи Багратионов. Арфа же, изображенная в правой верхней части герба, - символ музыкальных дарований представителей древнего рода.
Удивительно: два века прошло, а акварельные краски на гербе сохранились так, словно нанесены на бумагу только вчера.
Необычным образом со Ставрополем связано имя И.И. Пущина, который не бывал в наших краях. Иван Иванович Пущин - участник восстания на Сенатской площади. Он был приговорен к смертной казни, замененной двадцатилетней каторгой и пожизненной ссылкой в Сибирь. В 1856 году амнистирован и поселился под Москвой. И. Пущин - автор заметок о А.С. Пушкине, с которым он был дружен с лицейских времен.
Иван Пущин происходил из старинного дворянского рода. Подтверждают это и документы, хранящиеся в архиве. Самое ценное, без сомнения, - разветвленное генеалогическое древо рода Пущиных. Основателем рода был Василий Алаповский, проявивший себя при Василии III, великом князе московском, завершившим объединение Руси вокруг Москвы подчинением Пскова, Смоленска, Рязани. У Василия Алапоского было три сына: старший Есип по прозвищу Пуща, средний Иван Муравей и младший Иев. На документе значится: «Лета 1008-м году Пуща да Муравей Васильевичи переведены в великий Нов град. А брат их Иев Васильевич остался служить на Рязани с дядею своим».
Представляет интерес и грамота, выданная 30 ноября 1853 года Тверским дворянским собранием поручице Прасковье Ивановне Пущиной о внесении ее рода в дворянскую родословную Тверской губернии. Дворянство Прасковье Пущиной было пожаловано в 1785 году.
К сожалению, родословное древо Пущиных не датировано, но можно предположить, что оно составлялось перед подтверждением дворянства П. Пущиной.
Как же попали столь ценные документы в Ставропольский архив? Дело случая: произошло это благодаря потомку старинного рода Марии Александровне Пущиной, которая с начала Великой Отечественной войны и до конца жизни жила в Ставрополе. Некоторые вещи семьи Пущиных: икону в серебряном окладе и серебряную табакерку - она передала в Центральный исторический музей Москвы. А документы по родословной, стараниями работника архива В.Г. Остапенко, в 60-е годы прошлого века попали в краевой архив.
Благодаря хлопотам командующего Кавказским корпусом генерала от инфантерии Алексея Петровича Ермолова, в 1822 году уникальный район Кавказских Минеральных Вод обрел достойных зодчих. Сюда приехали архитекторы Джованни и Джузеппе Бернардацци, заключившие контракт с медицинским департаментом. Они - выходцы из рода потомственны зодчих итальянской части Швейцарии. Братья приехали в Россию для участия в строительстве сооружавшегося в то время в Петербурге под руководством Огюста Монферана Исаакиевского собора.
Талант и редкая работоспособность братьев Бернардацци сделали невероятное. За короткий срок города Кавминвод, а особенно Горячие воды, преобразились. До наших дней сохранились созданные архитекторами здание Лермонтовских ванн, павильон «Эолова арфа», «Грот Дианы», изящная «Китайская беседка», бульвар «Цветник» в Пятигорске. Как утверждают краеведы, в Ставрополе по их проектам были построены Дом командующено войсками, военный госпиталь, почтовая станция (последние два здания сохранились).
Уникальными являются документы архивного фонда Кавказской областной строительной комиссии, в котором можно увидеть ватманы с чертежами и рисунками, сделанные рукой зодчих. Среди них неосуществленный проект здания Кавказских Минеральных Вод в Пятигорске, планы улиц, профили, фасады при источнике нарзана, проекты пешеходного мостика через речку Элкошу в Кисловодске, часовни при минеральном источнике для икон, приносимых посетителями в знак благодарности за исцеление. Чувствуешь, что все это сделано рукой мастера.
Братья Бернардацции стали в России истинными сынами нового Отечества. Похоронены они на старом пятигорском кладбище.
Названные первоисточники - мизерная часть бесценных документальных богатств, хранящихся в Государственном архиве Ставропольского края. Как и другие уникальные первоисточники, они всегда будут притягивать исследователей, потому что заключают в себе не до конца использованные возможности.

Автор: 
Номер выпуска: 
Оцените эту статью: 
Голосов еще нет