Вы здесь

ЛЕКАРСТВО ПРОТИВ МОРЩИН

ЛЕКАРСТВО ПРОТИВ МОРЩИН
Александр ЕМЦОВ

Так делаются «Ставропольские губернские ведомости»
В январе 2012 года исполняется 20 лет со дня выхода первого номера воссозданной газеты «Ставропольские губернские ведомости». К этой дате бессменный главный редактор газеты Александр Емцов издал книгу очерков и статей «Лекарство против морщин». Сегодня мы продолжаем публикацию одноименного очерка.
Начало в СГВ №№40, 41, 42, 43, 44, 45, 46
Признаюсь как на духу: это действительно был заказ. Заказ читателей, искренне верящих, что федеральная власть не вешает им лапшу на уши, когда говорит о борьбе с коррупцией как о главной задаче времени. Что так же искренняя в этих потугах власть краевая. Заказ профессиональный: кто же из честных журналистов откажется от искушения напечатать, когда в его руках такие факты? Кто откажется продолжить такую звучную тему, если публикации сопровождает неподдельный интерес читателей?
Но я, кажется, рассказываю о результативности работы. Чем же все это кончилось? Не сразу, под давлением, но глава Ставрополя Н. Пальцев передал случай с Бестужим на комиссию по соблюдению требований к служебному поведению муниципальных служащих, замещающих должности в администрации, и урегулированию конфликта интересов. Комиссия, правда, не нашла ничего, о чем и благополучно ответила редакции. Но сюжет о бестужевских квартирах прорвался на местный выпуск телеканала «Россия», его показали на пятом федеральном канале. Пальцев в эфире пообещал, что Бестужий даст по этому поводу пресс-конференцию, снимет все вопросы. Не знаю, была ли пресс-конференция, во всяком случае меня на нее не приглашали. Но не в этом результат. А в том, что власть все же начала оправдываться. Значит, почувствовала свою вину. Думаю, что это последний бизнес-проект Бестужего на посту муниципального служащего, после такой встряски он вряд ли больше захочет рисковать. Да и другим будет наука. В этом также заключается результат.
Но радости от такого результата немного. Лишний раз подтвердилось, что чиновники «своих» не сдают. Тем более когда этот свой - из ближайших друзей губернатора Гаевского. Это если верить молве.
КАК ИЗДАТЕЛЬ БОГАТЕЕТ И НА ЧТО ЖИВЕТ
«Пишите, Шура, пишите, она золотая», - шутит надо мной один старый друг, почитывая мои статьи и имея в виду именно гласность. Мол, на твой век хватит, гласность тебя прокормит.
Тут он прав, тем для публикаций в нашей жизни хватит, и не только на мой век. Не прав же в том, что думает, будто мы кормимся от статей. Все гораздо сложнее. Кормимся мы от продажи информации. Той, которая в данный момент нужна обществу. А нужна сейчас, хочется надеяться, честная и правдивая информация. Так что в идеале мы кормимся от продажи правды. Это если исходить из того, что общество покупает именно правдивую информацию. Ну а если покупает ложь, то здесь уже не только вина пишущей братии.
Самое время рассказать о том, откуда у газеты деньги. Само издание независимой частной газеты, какой были с первого дня воссоздания, да и сейчас остаются «Ставропольские губернские ведомости», прежде всего, предполагает самоокупаемость. А это значит жить на заработанные коллективом средства, без всякого бюджетного финансирования, которым отличались и до сих пор отличаются газеты, учрежденные и издаваемые властью.
Когда в апреле 1992 года кончились деньги, полученные за подписку, а небольшой уставный капитал «Народной прессы» был съеден до меня, я пошел за помощью к Калашникову. Но услышал тихое и твердое: «Денег нет и не будет. Зарабатывай».
Сейчас, по прошествии стольких лет, я благодарен ему за эти слова. Он бросил в море рынка и сразу научил плавать. Мало того, несколько месяцев спустя предложил перерегистрировать предприятие и через опцион - особые условия покупки акций, превратить основных членов трудового коллектива в сохозяев акционерного общества. И мы сделали это: «Народная пресса» избавилась от высокопарного определения и стала называться просто «Прессой», нам фактически даром была передана половина акций. Спустя несколько лет Калашников сделал еще один щедрый шаг: отказался сам и уговорил руководителей акционеров - юридических лиц добровольно выйти из акционерного общества. С тем, чтобы их акции перешли коллективу. Логика его была проста: «Нам это дивидендов никогда не принесет, а у вас должен быть к делу интерес». Так хозяином акционерного общества стал основной костяк коллектива, прежде всего его руководители. Не скрою, контрольный пакет с течением лет оказался у меня. Скупал акции увольняющихся, чтобы исключить возможность рейдерского захвата газеты. Не сделай я этого вовремя, не исключено, что острие атаки черногоровской бюрократии было бы направлено уже не на здание, а на предприятие. Страшно даже представить, что было бы, купи его окружение хотя бы блокирующий пакет акций. С другой стороны, и обанкротить «Прессу», когда акции были у меня, оказалось проще. Потерял имущество только я, поэтому ни совесть, ни следователи не мучили.
Забегая вперед, скажу, что Калашников как в воду глядел: дивидендов ни я лично, ни кто-либо другой из акционеров за пятнадцать лет существования «Прессы» не получил. Но ощущение того, что ты хозяин газеты, грело. И налагало ответственность. Может быть, поэтому мы и не умерли.
Так вот, после «зарабатывай» стали думать, как зарабатывать и на чем. Вообще у газеты всего два источника дохода - от продажи тиража и от продажи рекламного места на ее страницах. Сейчас, в эпоху Интернета, начинаем потихоньку учиться продавать информацию, но тогда об этом и речи не было. Продажа тиража деньги вроде приносит, но они по большей части оседают в карманах оптовых покупателей-монополистов. С годами эти наши «партнеры» довели процесс отъема до совершенства: уже не они нам должны за отпускаемые тиражи, а мы им - за экспедирование, сортировку, доставку, выкладку на прилавки... Встречные счета за эти услуги уже превышают наши счета за тиражи. Причина проста: газет много, а их распространителей - раз- два и обчелся. Они своего рода монополисты, хотя ими и не признаны. Наши антимонопольные структуры в упор таких монополистов не видят. И не только они. Не видит даже правительство, закрывающее глаза на очевидное наступление на региональную журналистику. Последняя «реформа», а если говорить своими словами, то последний гвоздь в гроб региональной журналистики, это создание где-то лет десять назад на федеральном уровне Межрегионального агентства подписки (МАП). Этот организованный вроде бы даже по благословению Кремля паразит абсолютно ничего не делает. Подписку, как и раньше, проводит почта. Она же и разносит подписные тиражи по почтовым ящикам. Да и принимает деньги от граждан почта. МАП лишь получает подписные деньги на свои счета, оставляя заметную долю себе. В масштабах всей страны это сотни миллионов рублей. Мало того, он возвращает редакциям деньги не сразу после подписной кампании, а помесячно, оставляя их «вертеться» у себя и состригая таким образом доход. Редакторы - народ не робкий, жаловались на такую «реформу» везде куда можно, вплоть до нового президента Д. Медведева. Без толку. Паразит как жил за наш счет, так и живет. А наши тиражи год от года падают. Потому что почте теперь заниматься подпиской и неинтересно, и невыгодно.
Так что существовать мы с недавних пор можем только от рекламных доходов. В противовес официальным газетам, где приемом рекламы и объявлений в 90-е годы традиционно занимался один человек, мы с самого начала создали целую рекламную службу. Сверхзадача была такая: не ждать рекламодателя в кабинете, а самим выходить на него. Рекламное дело по тому времени было как Терра инкогнита. И новое, и не очень понимаемое самим обществом. Без проблем платят адвокату за юридические услуги. Дантисту за вырванный зуб. Журналисту же, оказывающему, может быть, не менее ценные услуги по защите прав людей, пробивающему стену замалчивания той или иной проблемы, решающему судьбу человека, вырывающему гнилые общественные «зубы», платить не принято. Не в последнюю очередь потому, что за годы советского строя люди привыкли, что газетчики все делают за здорово живешь. И рассказывают об опыте, о новой продукции, новых технологиях, и расследуют жалобы, и борются со всем нехорошим чисто даром. Я сам в начале восьмидесятых годов за три года работы в «Ставропольской правде» написал где-то больше сотни полос передового опыта. За так. Пропаганда опыта была важнейшим делом партии. Естественно, что читатели были искренне убеждены: надо только прийти в редакцию или написать туда письмо, и журналисты-альтруисты все сделают по зову сердца и призванию души. А тут вдруг кто-то звонит из редакции и предлагает написать о том же передовом опыте предприятия, о его новой продукции... за деньги. Какими словами встречали звонившего - лучше не рассказывать. Какие легенды сочиняли про нашу «продажность» - тоже лучше не слушать.
Журналистика и издательское дело - это не благотворительность. Это профессиональная деятельность, которая должна оплачиваться. И оплачиваться достойно. Мы ведь делаем продукт интеллектуального труда. Тем более что производимый товар - газета, требует немалых материальных затрат в виде бумаги, зарплаты, электроэнергии и пр. Как минимум - эти затраты должны вернуться. А по-хорошему - вернуться с наваром, чтобы предприятие имело возможность развиваться. Я повторяю эти простые мысли еще и еще раз потому, что до сих пор не все их разделяют. Даже в самой журналистской среде, не говоря уже о некоторых категориях читателей. Ну а в начале 90-х их тем более никто не разделял.
Потом, конечно, понимание важности рекламы в общество придет. Теперь каждый знает, что реклама - двигатель торговли. Что без нее не привлечешь инвестиции, не станешь политиком. Но в начале девяностых понимания этого еще не было. Не было и рекламы. Нас спасли, как это ни цинично будет звучать, финансовые пирамиды. «МММ», «Русский дом селенга», «Хопер», «Волжская недвижимость»... Все эти, так сказать, «фирмы» кто-то вспоминает как жуткий сон. Но только не газетчики. В их памяти они оставили свой след как своего рода спасители от безденежья в трудный период становления независимой прессы. Пирамиды не могли жить без широких обещаний, массовая реклама в СМИ, основанная на обмане, была источником их доходов. Они фактически оказались первыми нашими крупными и щедрыми рекламодателями. Платили всегда наличными. Просто приходил человек с пухлой сумкой и оставлял в кассе деньги. И сразу было чем дать зарплату. Понимали ли мы, руководители газет, что здесь не все чисто, когда ставили в полосы их зазывные тексты? Понимали, не дураки. Но остроты ситуации не чувствовали. Ведь мы жили в стране, где даже правительство реформами кинуло своих граждан. Люди в один день потеряли накопления всей жизни. Пирамидчики просто повторили его деяния в меньших, хотя и тоже в немалых, размерах. С другой стороны, мы в тот момент даже представить не могли все масштабы и последствия обмана. Казалось, что это локальное явление, а раз так, то относились к вкладчикам как к игрокам. Проигрались? Но ведь знали, на что шли, теперь нечего скулить. Опять же, откровенно говоря, и выбор у нас был небогатый: или размещай рекламу пирамид, или разоряйся.
Сейчас, когда ясен до конца масштаб аферы, надо признать, что виноваты в ней и СМИ. И их руководители должны принять на себя моральную сторону ответственности. Что до ответственности материальной, то они уже наказаны. Хотя бы тем, что тиражи из-за потери доверия читателей резко упали.
Но вот что забавно. В наши дни включаю телевизор и слышу такое знакомое: «Финансовый кооператив принимает вклады под 36 процентов годовых». Туфта? Да. Не может финансовый кооператив дать 36 процентов годовых в стране, где рентабельность производства в среднем не превышает 20-25 процентов. Тем более что у кооператива нет своего производства, он у одного деньги под проценты берет и другому под большие проценты отдает. Делает то же самое, что делали в свое время Мавроди или, там, Властелина. Строится очередная финансовая пирамида. Но раз кооператив не один месяц рекламирует свои услуги, значит, есть на них спрос! Находятся люди, которые еще не наелись обещаниями золотого тельца. Вывод тут удручающе простой: пока живут на свете халявщики, будут и финансовые пирамиды.
* * *
В начале 90-х, по сути, только вырабатывался кодекс отношений с рекламодателями. Да его принципы и до сих пор не до конца ясны. Вроде понятно, что нельзя «раздолбать» за деньги, а вот похвалить или защитить - это пожалуйста. Но если в порыве хвалы - врем? Тогда как? Как вообще относиться к публикациям за деньги? Ставить все без разбора или фильтровать? И по каким критериям? Не навреди? Да, безусловно. Но только ли это?
Именно с тех времен запомнился один курьезный случай. Успешный бизнесмен принес в редакцию огромную статью на две полосы формата А2 с критикой учения Карла Маркса. Принес фактически с ультиматумом: покупаю под нее место по рекламным расценкам, но вы не имеете права изменить даже запятую. Прочитав, я, изучавший Маркса в Академии Общественных наук при ЦК КПСС, пришел в ужас. Учением основоположника в рукописи и не пахло, критикой его - тем более. Зато полная логическая ахинея и грамматически-стилистическая безграмотность. Как обреченно говорят о подобных материалах в редакциях, галиматья. Но деньги ведь предлагаются большие, что делать?
Победила необходимость выплачивать зарплату. Статья увидела свет без правки с рубрикой «На правах рекламы» и предисловием, пытавшимся объяснить необъяснимое - то есть почему мы ее печатаем. Хотя если вдуматься, то сообразить, что мы там рекламировали, можно. Нет, не псевдонаучный, безграмотный бред. Мы рекламировали амбиции нового русского, греющегося тем, что спорит с самим Марксом. Он в этих своих амбициях был и до сих пор остается не одиноким. Одни вешают толстую золотую цепь на шею, другие покупают «Порше». А этот решил так выделиться. В конце концов, если из трех зол - золотая цепь, «Порше» и, пусть и безграмотная, но дискуссионная и написанная самим, статья, выбирать меньшее, то статья - именно оно, зло меньшее, и есть. Жаль, что его пример не стал заразительным для других новых русских. Они продолжают покупать «Порше», яхты и даже футбольные клубы. И не спорят с Марксом. А может, и совсем о нем не знают.
Продолжение следует.

Номер выпуска: 
Оцените эту статью: 
Голосов еще нет