Вы здесь

БАНДИТСКИЙ ПЯТИГОРСК. Хроника преступлений группировки Попова

17.10.2012
БАНДИТСКИЙ ПЯТИГОРСК. Хроника преступлений группировки Попова
Александр ЕМЦОВ

Начало в СГВ № 38, 39, 40, 41 2012 г.
11
Зато «поповские» более успешно продолжали охоту на тех, кто поддерживал отношения с Жураковским или, как они подозревали, работал на него против самой их банды.
21 февраля 2005 года в Ростове-на-Дону гражданка И. Кононова обратилась с заявлением об исчезновении ее мужа - М. Кононова. Якобы он ушел еще вечером 15 февраля из дому и не вернулся. Причем она созванивалась с мужем в день пропажи в районе восьми вечера, когда к нему приходил какой-то мужчина. Рассказала об этом, муж пообещал сейчас же вернуться домой. Но так и не пришел. Хотя его «БМВ», когда она выглянула во двор где-то в десять вечера, появился там.
Кононов имел в определенных кругах кличку Макс, как и Савин, работал в охранном предприятии «Беркут». По показаниям свидетелей, он в последнее время несколько раз выезжал на Кавминводы - искать пропавшего на Рождество Савина. Поддерживал деловые отношения с Жураковским. Больше ничего следователи не накопали. Человек бесследно пропал.
Почти через два года, в декабре 2006-го, Ким в заявлении на имя прокурора признался в убийстве Кононова. Оно произошло все на том же заводе «Троян пиво», в самом логове банды.
Кима вызвали туда поздно вечером 15 февраля, где-то ближе к полуночи. Там уже находилась вся банда. Попов отправил Муравьева кого-то встретить. Минут через двадцать его машина вернулась в сопровождении «Хендай-сонаты» с ростовскими номерами. В ней было пятеро, в том числе закованный в наручники Кононов. Сопровождающие передали его банде и тут же уехали. Герус, Бутько и Шаталов завели пленника в здание, с него сняли наручники и самого привязали к металлическому столу лицом вниз. Руки вытянули вперед, обмотали их веревкой, ноги привязали такой же веревкой к ножкам стола. Сразу было видно, что приготовили к допросу с пристрастием.
Попов стал решительно и с напором расспрашивать, что они с Савиным делали на Кавминводах, кого убивали и кого должны были еще убить, кто их послал, кто давал им задание. Кононов отвечал, что ни о каких убийствах ничего не знает и что они в Ростове занимаются автостоянками. После такого разговора все вышли в коридор. Попов бросил Бутько и Шаталову:
- Обращайтесь с ним через боль. Мы должны получить от него информацию, кого он в Ставрополе взрывал. Кого должен был устранить на Кавминводах, кто его послал и на кого он работает.
Бутько и Шаталов вернулись в комнату. Из-за двери стали доноситься крики Кононова. Сказав, что их помощь сейчас не требуется, Попов отпустил Кима, Шестакова и Шмелева по домам. Сам он, а также Герус, Бутько и Шаталов остались на заводе.
На другой день так же поздно вечером Киму позвонил Герус, велел забрать Шестакова и Шмелева и приехать на завод. Вновь прибывшим Попов приказал присмотреть за Кононовым. А сам вышел отдохнуть. Когда они зашли, пленник по-прежнему лежал привязанный на столе и был накрыт одеялом. Волосы на затылке были опалены, на ушах кровь. Кононов стонал, еле шевеля запекшимися губами, просил снять с него одеяло, жалуясь, что от него все тело болит. Когда Ким приподнял одеяло, то от тела пошел пар. Пленник был в трусах и носках, практически вся кожа обожжена. Так и написано в показаниях: «Кононов напоминал кусок обожженного мяса». Бросился в глаза молоток на полу. Зашли Попов, Герус, Бутько и Шаталов. У главаря в руках была видеокамера. Все остальные вышли. Герус потом рассказывал Киму, как происходило убийство. Шаталов приставил штырь к голове Кононова, а Бутько вбил его туда молотком. Когда тот попытался приподнять голову, Шаталов ударил его в область сердца ножом. Попов снимал весь процесс на видеокамеру. Уже в коридоре Ким увидел закопченную паяльную лампу и понял, что Кононова обжигали именно ею. Потом он наблюдал, как Бутько буднично держал лампу в руках и жаловался, что она плохо работает.
Попов приказал никому не расходиться, оставаться на заводе. Спали по своим машинам. Примерно в пять часов утра Попов разбудил их и отправил на гору Бештау копать могилу. Ким, Шестаков, Шмелев и Муравьев подготовили ее где-то к семи утра, о чем Муравьев и доложил шефу по телефону. Через полчаса подъехал поповский «Мерседес». Попов, Герус, Бутько и Шаталов вытащили из багажника завернутый в камуфляж с пятнами черного цвета и перетянутый веревками труп Кононова. От машины до ямы его тащили все по очереди, за исключением Попова. Начальству не положено заниматься тяжелой работой. Бутько скинул тело в яму, его засыпали землей, замаскировали и после этого все разъехались.
Впоследствии Попов с Герусом ездили в Ставрополь с видеопленкой, на которой была запись пыток и смерти Кононова. Вообще, Герус, как и Попов, был той фигурой, которая замыкала на себе контакты банды с заказчиками, и прежде всего с теми, кто на самом верху. Банда перед кем-то отчитывалась за совершенное убийство. Причем перед кем-то очень серьезным и влиятельным, кто на слово не верил, потребовал видеоотчет. Очень это напоминает видеоотчеты чеченских боевиков-бандитов. Перед кем? На этот вопрос следствие не ответило. Сам же Герус и во время следствия, и на суде молчал.
В одной из газетных публикаций о процессе будет сказано, что следствие располагает этой и другими видеозаписями преступлений «поповских». Включая сексуальные оргии. Ничего подобного. Об этом нет в материалах следствия ни слова. Записи так и остались у заказчика и вряд ли сейчас сохранились. Оставлять такие вещдоки при себе - смерти подобно. Сверхосторожный спецназовец Попов такие вещи хорошо понимал.
Не ответило следствие и на вопрос, каким образом скованного наручниками человека беспрепятственно провезли из Ростова через все милицейские посты. Тем более ночью, когда на всех постах к машинам с номерами других регионов повышенный интерес. Причем машина шла по трассе с бешеной скоростью: от похищения в Ростове до появления Кононова на заводе в Пятигорске прошло не больше четырех часов. А это ведь почти пятьсот километров. Наверное, как ни чудовищно это звучит, проще было убить жертву на месте. Но везли именно на Кавминводы, и именно для выколачивания информации. Значит, ехали на какой-то специальной машине, которую не досматривали на постах. Или с кем-то, кто имел право беспрепятственного проезда.
В декабре 2006 года захоронение Кононова откопали на склоне Бештау, в полутора километрах от СТОА № 9 и в двухстах метрах от дороги к Второафонскому Успен-скому монастырю. Труп был завернут в камуфляжную ткань, кроме трусов и носков на нем действительно ничего не было. Вокруг шеи обмотана веревка. В правой ушной раковине обнаружен металлический крюк с полимерной ручкой зеленого цвета. Из ручки в череп выходил стержень толщиной 4 миллиметра и длиной 18 сантиметров. Кроме того, обнаружено пять сквозных ножевых ран в область грудной клетки, одна - прямо в сердце. Генетическая экспертиза показала, что найденный труп - это Кононов. Показания Кима подтвердились. Как подтвердились они, кстати, и во всех других случаях.
12
Кононов был убит 17 февраля. А уже ровно через неделю, 24 февраля банда Попова убивает еще одного из тех, кого ее главарь подозревал в близости к Жураковскому и охоте на себя - Г. Епримяна, по прозвищу «Француз». Жураковский после неудавшегося покушения оставил его вместо себя в городе, а сам уехал. По показаниям Бутько, Епримян хотел организовать в городе торговлю наркотиками, а Попов был против. Но это вряд ли так. Скорее всего, Попов видел в нем наследника дела Жураковского. И вообще, Попов говорил, что Епримян «достал».
Попов сам позвонил Епримяну и договорился о встрече. Видимо, тот ничего не подозревал, раз вышел из дома и сел в машину, на которой вместе с вооруженными ножами Муравьевым, Шмелевым, Бутько и Шаталовым после девяти вечера приехал к дому Попова. А раз не подозревал, то значит и не чувствовал за собой вины. Подозрения Попова, скорее всего, были и в этом случае напрасными.
Епримяна вывезли в район Академической галереи по улице Красноармейской в Пятигорске. Это самый центр курортной зоны, район Цветника, всегда полный отдыхающих, и человек поехал туда, видимо, без всяких опасений.
Скорее всего, где-то по-дружески сидели за столом. А потом сели в «Лексус» Попова и час ездили по городу. По словам Бутько, Попов отговаривал Епримяна от наркотиков: «Не лезь в это дело». Тот настаивал и говорил, что все вопросы согласовал с Жураковским. Приехали к Академической галерее. Вышли из машины. Здесь Попов устроил разборку. Стал высказывать претензии, что Епримян помогает Жураковскому, который на него охотится. Тот оправдывался. Разборки продолжались до трех ночи. Где-то в это время Бутько, Герус и Шаталов окружили Епримяна и стали в бешенстве бить его ножами. Потом экспертиза обнаружит на его теле 32 (!) колото-резаные раны, из них 14 - в область сердца. Судя по тому, что изрезаны были и ладони, жертва пыталась защищаться голыми руками. После того как Епримян перестал подавать признаки жизни, Шаталов вспорол ему живот. Потом тело сбросили с бетонного парапета вниз.
Епримян был последним из жураковцев, кто мог противостоять Попову. Он был «смотрящим» в Пятигорске. С этого момента Попов окончательно утвердился в преступном мире Кавминвод значительной величиной, с которой следует считаться.
13
В марте 2005 года Попов собрал банду и сообщил об очередном серьезном заказе, и снова в Ставрополе. Предупредил Бутько, что ему отведена роль руководителя операции. Но, как мы дальше увидим, реально руководить убийством будет и сам Попов, и Герус. Уж слишком важным был заказ.
В районе 9 мая Бутько, Ким и Шмелев приехали в краевой центр и поселились в заранее арендованной квартире по улице Мира. Жили там вплоть до 10 июня. До их приезда в квартире уже жил Герус. У Бутько была с собой крупная сумма денег, переданная заказчиками преступления. Он дал всем на расходы, а также вручил «чистые» сим-карты для телефонов. Через пару дней Ким с Герусом поехали в гараж в районе рынка «Южный». Там стояла «семерка». В гараже было сыро, потому пришлось, надев перчатки, протирать машину. Когда вернулись на квартиру, Бутько, узнав, что гараж сырой, выругался и поручил Киму арендовать новый гараж. Его нашли по улице Серова за тысячу рублей в месяц. Потом Герус привез и Шестакова.
В гараже были и автоматы. Их смазали, а также по указанию Бутько отпилили приклады - для удобства стрельбы. К концу мая приехал Попов - контролировал подготовку к операции. Сказал, кого будут убивать - советника губернатора края по безопасности, а проще, начальника его охраны Ю. Прачева. Подчеркнул, что фигура серьезная, с охраной, поэтому готовиться надо очень тщательно. Герус показал Киму дом в Юго-Западном районе, где жил Прачев, подъезд, из которого он выходил. Велел ежедневно приезжать туда и наблюдать за автомашиной «Деу-эсперо», в которой в сопровождении водителя-охранника майора милиции Ю. Шведова передвигался Прачев. Следили за ним и Шестаков со Шмелевым. Потом обе бригады докладывали остальным членам банды о своих наблюдениях. В период следствия одна из свидетельниц опознает Шмелева по фотографии, как подолгу просиживавшего во дворе в машине.
По результатам этих наблюдений было принято решение проводить операцию утром, когда жертва выезжает на работу. Расписали, кто и чем будет заниматься, где стоять. Несколько раз повторили сценарий. Тщательно просчитали пути отхода: проезжая ли улица в это время дня, не помешают ли пробки. Где-то в первых числах июня Герус всех разбудил и велел отправляться по местам. Приехали к дому Прачева к девяти утра. Постояли. И вдруг через час - отбой. Когда вернулись на квартиру, то выяснилось, что они Прачева прозевали, он неожиданно выехал из дома раньше. Скорее всего, кто-то из «поповских», а может и сам Поп, дежурил у дома правительства и увидел, что жертва благополучно прибыла на работу. Так Прачев и Шведов прожили на этом свете еще несколько дней.
Попов, который в это время жил в Ставрополе в районе цирка, сразу же вызвал к себе Геруса с Бутько. И был очень недоволен, что упустили жертву. Говорил, что заказчики звонят и торопят. А мы «сопли жуем». После этого слежка за Прачевым стала еще тщательнее.
10 июня Герус разбудил всех в семь утра. Выехали на свои позиции. Затаились. В восемь часов двадцать минут Прачев вышел из подъезда и вместе с охранником сел в машину. Тут же все и началось. Молотили из автоматов Шестаков и Шмелев. С расстояния десять метров, из двух стволов. При этом в Прачева в область груди, шеи и головы попало не менее двадцати пуль. В Шведова - тридцать. В самой машине оказалась 41 пробоина. Расстрел длился 10 - 15 секунд. Огонь был настолько интенсивный, что машина загорелась. Случайной пулей была легко ранена проходящая мимо девушка. Свидетели видели киллеров, но они были в масках. С места преступления убийц вывозил Бутько. Потом его машину вместе с автоматами бросили и пересели в машину Геруса. Когда милиция найдет автоматы, рожки окажутся пустыми. Выходит, что израсходовали все шестьдесят патронов.
Через полчаса после совершения убийства Герус отзвонил и велел Киму ехать к гаражу на улице Серова. Туда же вскорости прибыли Герус, Бутько, Шестаков и Шмелев. Переехали на съемную квартиру. Оттуда Герус доложил Попову об исполнении заказа. Получили команду быстро сворачиваться. Собрав вещи, вся банда, за исключением Бутько, на двух машинах вернулась в Пятигорск. Шмелев хвастался, что после этого убийства авторитет Попова в преступном мире неизмеримо повысится, и он будет неприкосновенным. Герус говорил, что за Прачева заказчики должны были заплатить большую сумму, вроде 50 тысяч долларов. Кто заказчики, заплатили или нет - следствием не установлено. Бутько вернется из Ставрополя чуть позже. Зачем он задержался и к кому ходил с отчетом - неясно. Остается только строить версии, что они с Поповым отчитывались перед заказчиком. А может, получали окончательный расчет.
Уже в ходе следствия Ким покажет арендованный бандой для подготовки убийства гараж в гаражном кооперативе «Мир». Там найдут еще и брошенный схрон оружия - два пистолета, патроны к ним, макет магазина от автомата Калашникова. Банда, видимо, получила за заказ такой куш, что не сочла нужным даже забрать с собой эту «мелочь».
После громкого убийства в Ставрополе ходили слухи, что это было уже не первое покушение на Прачева. Совершали ли попытки и раньше «поповские» - неизвестно. Поговаривали и о том, что роль Прачева при губернаторе А. Черногорове была неизмеримо большей, чем начальник охраны. Что этот в прошлом полковник ФСБ (хотя эти ребята, как известно, бывшими не бывают) и принимал некоторые серьезные решения, и контролировал отдельные не очень публичные дела губернатора, в частности, касающиеся передела собственности, и прежде всего рейдерских захватов сельхозпредприятий, и был хранителем его черной кассы. Одним словом, являлся серым кардиналом при черногоровском дворе. И вел себя, кстати, соответствующим образом: уверенно и порой бесцеремонно. Даже в кабинет шефа входил без приглашения и без стука. Сам факт хорошо организованного покушения слухи о значимости Прачева и его весе во власти частично подтвердил. Кому-то он серьезно помешал, и этот кто-то даже заплатил за ликвидацию серьезные деньги. Но кому? И почему его нужно было именно убрать физически, и за что? Сам Прачев при жизни никаких зацепок на своих врагов не оставил. Ничего такого и следствие не накопало. Пыталось ли глубоко копать - неясно.
Продолжение в следующем номере.

Номер выпуска: 
Оцените эту статью: 
Средняя: 4.5 (2 голоса)