Вы здесь

ВСЕ ПОВЯЗАНЫ

20.02.2013
ВСЕ ПОВЯЗАНЫ


Почему почти три года расследуется уголовное дело о крышевании игорного бизнеса в Ставрополе.
ИНИЦИАТИВА С ПРОВЕРКОЙ НАКАЗУЕМА
27 апреля еще 2010 года инспектор отдела с длиннейшим названием - по борьбе с правонарушениями в сфере потребительского рынка и исполнения административного законодательства (ОБПСПРИАЗ) УВД по г. Ставрополю В. Глущенко прибыл на улицу Серова 523а. Ленинская прокуратура завернула постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по факту ведения незаконного игорного бизнеса и потребовала установить хозяина помещения, где располагался игорный клуб. Он попытался сделать это через запрос в БТИ - не вышло. Ответили лишь, что помещение принадлежит ООО «Алла». Надо было опросить людей на месте. Когда Глущенко вместе с другим инспектором В. Гришиным вошли в здание, то увидели, что там стоят... игорные аппараты, причем включенные. Выходило, что прокуратура права, и с постановлением об отмене они действительно поторопились.
Посетителей не было, в зале находилась лишь девушка-администратор. На просьбу вызвать хозяина или руководителя стала звонить по телефону. И тут же передала Глущенко трубку. Тот, кто был на другом конце провода, представился Денисом, спросил, с кем разговаривает, и сказал: сейчас вам перезвонят. И действительно, Глущенко сразу же перезвонил его непосредственный руководитель старший инспектор Е. Аксенов. Узнав, почему он «приперся» в клуб, сказал буквально следующее:
- Хозяин клуба сам к тебе придет для опроса, тогда все и узнаешь. А сейчас - быстро уходи.
По закону Глущенко обязан был, как это водится в милицейских кругах, задокументировать факт незаконной деятельности. Составить протокол, рапорт об обнаружении признаков преступления и прочее. Они ведь были налицо, на тот момент игорный бизнес у нас в крае уже был под полным запретом. И мог не выполнить распоряжение Аксенова, поскольку оно было незаконным. Но не стал, потому что это значило испортить все отношения на службе. Кто же попрет против ветра? Тем более - в силовой структуре, где все основано на приказах? В итоге Глущенко с Гришиным ушли из подпольного игорного клуба как после пощечины. А само заведение исправно работало еще больше месяца, вплоть до 5 июня. Самим своим существованием подрывая авторитет и на тот момент милиции, и всей власти.
Потом следствие выявит всю цепочку перезвонов. Администратор К. Паладьян звонила директору Ш. Паладьян, он в свою очередь звонил «Денису» - хозяину заведения Д. Дьяченко, тот начальнику отдела ОБПСПРИАЗ К. Зубалову, он - оставшемуся за начальника, поскольку сам в тот момент отдыхал в горах с семьей, - старшему инспектору А. Гречко, тот - Аксенову.
30 апреля рядовые инспекторы получили новую пощечину, но уже по другому адресу - улица Пушкина, 11. Уже Гришин вместе с инспекторами А. Бабенко, А. Поповым, А. Скоморощенко по указанию прокуратуры о проведении дополнительной проверки по таким же образом завернутому постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела, войдя в помещение, увидели, что здесь продолжает действовать игорное заведение: игровые аппараты включены, за ними сидят посетители. Но прекрасно понимая, что история с телефонным звонком от крышующих Зубалова и Ко может повториться, сразу же вызвал следственно-оперативную группу из МО-1. Она приехала. Срочно прибежал тот же Дьяченко, он оказался хозяином и этого клуба, и стал кому-то названивать. Потом следствие установит, что Новикову, начальнику ОБЭП УВД по г. Ставрополю, с просьбой остановить проверку. Но тот отказал. Потом пошли звонки Гречко. В итоге все опять кончилось тем, что Гречко и Аксенов несколько раз позвонили Гришину, чтобы тот прекратил проверку и срочно вернулся в отдел, «на совещание». Делать нечего, тот приказу подчинился и вернулся, как вернулась и следственно-оперативная группа, а заведение продолжало работать до 7 июня.
На «совещании» Гречко и Аксенов распекали Гришина и других инспекторов, что они вляпались в историю: данные клубы принадлежат очень влиятельным людям, и могут быть проблемы как от руководства УВД по г. Ставрополю, так и со стороны Следственного комитета.
«КОНТОРА» ВЕНИКОВ НЕ ВЯЖЕТ. ОНА СЛУШАЕТ
Эти два эпизода должностных преступлений, возможно, так и остались бы незамеченными, если бы не оперативная разработка управления ФСБ по Ставропольскому краю. Ребята из «конторы глубокого бурения» стали проверять информацию о том, что Зубалов и верхушка его отдела создали, как потом будет записано в обвинительном заключении, «режим благоприятствования незаконной деятельности игорных заведений на территории Ставрополя». Понятное дело, стали слушать переговоры, делать видеозаписи - собирать доказательную базу.
Когда материалов накопилось достаточно, их передали по подследственности - в управление Следственного комитета по Ставропольскому краю.
По Серова, 523а будет затем изъято 13 игорных автоматов и 6700 рублей, по Пушкина, 11 - 10 игорных автоматов и 200 рублей. Возбуждается уголовное дело. Зубалову, Аксенову и Гречко вменили часть 1 статьи 286 Уголовного кодекса - превышение должностных полномочий, повлекшее существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства. Причем Зубалову еще и часть 4 статьи 33 УК - подстрекательство к преступлению. Глущенко - 285-ю статью УК - злоупотребление должностными полномочиями.
Из оперативных материалов, а также показаний свидетелей вырисуется неприглядная картина. Зубалов был начальником отдела, хотя приказа о назначении его на эту должность не издавалось. Выявилось, что он очень своеобразно «боролся» с игорным бизнесом. На совещаниях отдела его начальник много раз говорил, что линия игорного бизнеса принадлежит исключительно ему, Гречко и Аксенову. И нарушение его указаний не совать нос куда не следует повлечет для рядовых инспекторов проблемы вплоть до увольнения. В результате сплошь и рядом закрывались глаза на преступления в сфере игорного бизнеса.
Но вот что интересно: Дьяченко, проходящий в материалах следствия как хозяин игорных клубов, а значит, и организатор незаконного бизнеса, к ответственности привлечен так и не был. Не то, что к уголовной, а даже и к административной. Ни волосинки с его головы не упало. Хотя в обвинительном заключении черным по белому записано, что он «осуществлял незаконную игорную деятельность». Что прямо попадает под признаки преступления. Дьяченко отказался давать показания следствию, сославшись на 51-ю статью Конституции РФ, позволяющую не свидетельствовать против себя, и остался всего лишь свидетелем. Никакого наказания не понесли и номинальные руководители игорных заведений, администраторы и прочее. Они тоже свидетели. В орбите уголовного обвинения оказались только работники внутренних органов. Да и те пока отделались испугом. Хотя уголовное дело возбуждено уже почти три года назад, приговор так и не вынесен. Дело слишком долго, больше года, расследовалось управлением Следственного комитета по Ставропольскому краю, потом было отправлено в суд, где снова долго лежало. Суд в конце концов направил его на новое расследование.
Сейчас уголовное дело вроде снова вернулось в суд, но ответа на главный вопрос, который проистекает из показаний как обвиняемых, так и свидетелей, а именно интересы каких «очень влиятельных людей» зацепили Глущенко, Гришин и другие рядовые инспекторы, в нем нет. И есть подозрение, что и не будет. А раз «не будет», то остается опасение, что эти самые влиятельные люди сделают все, чтобы и дальше дело не до-шло до приговора. Тем более что эти самые влиятельные люди сидят в самих следственных кабинетах.
РЕАЛЬНЫЕ ХОЗЯЕВА ИГОРНЫХ КЛУБОВ В ТЕНИ?
Фамилия Дьяченко уже знакома читателям нашей газеты по прошлому номеру. Тогда в статье «Разводила в погонах?» мы рассказывали о жалобе руководителя группы компаний «Интер» В. Татарова на имя Генерального прокурора страны, где, в частности, шла речь о причастности руководителя межрайонного следственного комитета по Ставрополю М. Параскевича к отъему собственности у строительной компании и жилья у дольщиков. Так вот, в той жалобе написано, что Параскевич продавил своего друга Д. Дьяченко на должность руководителя РБУ ООО «Интерстрой». Дьяченко в свою очередь отгрузил бетон двум организациям, а затем получил за него девять миллионов рублей наличными. По сомнительным договорам уступки права требования. И деньги вроде отдал Параскевичу.
Этот же самый Денис Дьяченко теперь снова фигурирует в материалах уголовного дела. И опять как ключевая фигура. И опять выходящий сухим из воды. Так кто он такой?
Во-первых, Дьяченко, как и Зубалов, земляк и близкий друг Параскевича, все трое из Курсавки. Во-вторых, Зубалов - кум Параскевича. Тот крестил его сына. Так что люди не чужие. В-третьих...
А вот теперь мы скажем о самом главном. Есть подозрение, и затяжка расследования уголовного дела его косвенно подтверждает, что названные игорные заведения по адресам Серова 523а и Пушкина, 11, в Ставрополе, принадлежат не Дьяченко. Или не только Дьяченко. А возможно даже - самому Параскевичу. Дьяченко всего лишь контролирует их работу, поскольку хозяину-законнику, ясное дело, вести незаконный бизнес явно не с руки. Или они оба владеют ими на пару. Это подтверждает и Татаров, который сам был свидетелем деловых разговоров Параскевича и Дьяченко об общем бизнесе. Он же не раз слышал распоряжения Параскевича Зубалову, что в случае поручений прокуратуры проверять игорные клубы, выполнять указания Дьяченко.
Если так, то все становится на свои места в этом странном уголовном деле, растянувшемся уже почти на три года и расследуемом структурой, в которой работает сам Параскевич.
Что касается главного обвиняемого в погонах Зубалова, то злые языки в полиции говорят, что он оказался на должности начальника отдела тоже во многом благодаря Параскевичу. С соответствующими полномочиями закрывать глаза на определенные игровые клубы. Теперь понятно, почему он так долго в числе обвиняемых. Похоже, покровитель делает все, чтобы дело благополучно загнулось, вытаскивает дружка.
И еще. Трудно представить, что эта связь между Дьяченко, Зубаловым и Параскевичем никак не зафиксирована в ходе оперативной разработки управления ФСБ. Наверняка она отслеживается в телефонных переговорах, аудио- и видеозаписях. Но дело расследовалось в управлении Следственного комитета. Где Параскевич, ясное дело, не чужой человек. Могло плавно из него уйти все связанное с Параскевичем? Могло. И еще как. Только вот почему на такой поворот дела никак не реагирует само управление ФСБ?
Хотя мы не знаем, что не реагирует. Ведь все, что оно делает, тайна глубокая есть. И посвящены в нее только очень и очень немногие.

Автор: 
Номер выпуска: 
Оцените эту статью: 
Голосов еще нет