Вы здесь

НИКОЛАЙ ШУРУПОВ: «БОЛЬНО НЕ ТОЛЬКО АРЕНДАТОРУ, БОЛЬНО И ЗЕМЛЕ»

Этой осенью на селе жарко. Но не о погоде речь. То тут, то там вокруг перезаключения договоров аренды паевой земли сельхозназначения вспыхивают скандалы. С одной стороны, сами пайщики или хотят уйти в фермеры со своей землей, или отзываются на призыв других землепользователей перейти к ним со своей долей. С другой стороны, руководители крупных хозяйств бьют тревогу: они теряют главное средство производства. Собрания пайщиков со спорами до хрипоты, статьи в газетах, судебные разбирательства... «Окаянное время» - так уже называют этот сложный период.

Что это за процессы, насколько они опасны для развития села, что нужно делать, и нужно ли, чтобы они прекратились? А может, они полезны, и обеспечивают то самое движение, без которого застой? Обо всем этом мы беседуем с известным в крае руководителем, генеральным директором ООО СХП «Свободный труд» в селе Новоселицком Н. Шуруповым.

- Николай Петрович, есть в вашем хозяйстве паевая земля, и, если есть, перезаключены ли договоры аренды с пайщиками?

- Земля паевая, естественно, есть, это основной массив. И договора мы перезаключили. Как те, срок действия которых заканчивается в текущем году, так и те, что в будущем. Собрания прошли спокойно, в рабочей обстановке.

- Причина беспроблемности в том, что вы предлагаете достойную арендную плату, или в чем-то еще?

- Арендная плата за землю у нас действительно достойная. Но кто сказал, что именно ее размер является главной причиной раздоров? Увы. Иногда и с нею все в порядке, а передел затевается. На земле сегодня можно хорошо заработать, вот и тянутся к ней жадные руки. Другого и трудно ожидать. Земля уже реально стала товаром, предметом купли-продажи. А товар, как известно, всегда в движении. Всегда найдется тот, кто захочет продать, и тот, кто купит. Или кто предложит собственнику за аренду больше. Вот только последствия такой сделки не всегда будут благотворными. И для самой земли, и для общества. Выдел даже нескольких сот гектаров пашни ломает севообороты, нарушает технологию, разрушает экономику предприятий. По культуре земледелия, прежде всего, бьет.

- Вы, Николай Петрович, насколько мне известно, были сторонником нашумевшего законопроекта об увеличении минимального размера выделяемого участка из земельного массива с 30 до 2500 гектаров. Напомню читателям, что такой законопроект вносился в краевую думу одним из депутатов, вызвал очень бурную реакцию среди фермеров, обсуждался на нескольких больших краевых собраниях и, в конце-концов, был отозван. Поддерживающие его уверяли, что это необходимый шаг, он позволит прекратить процесс раздробления земли, повысит эффективность ее использования. Противники - что ставит на фермерстве крест, закабаляет владельцев земли навечно за одним и тем же арендатором и чуть ли не противоречит Конституции РФ в части защиты права частной собственности.

- Я сторонник поиска хоть какого-то выхода из той ситуации, в которую нас загнали горе-реформаторы еще в начале 90-х годов прошлого века. Поверьте, я тут не один. Напомню, раздача земли пайщикам в частную собственность на праве долевой собственности и вовлечение ее в рыночный оборот выдавались тогда как чуть ли не главное условие развития сельхозпроизводства, повышения его эффективности. Громко кричали: отдадим землю в частные руки - накормим страну. Два десятка лет прошло, и что? Если эффективность земледелия и повышается, то не за счет рыночного оборота земли. Здесь главное - современная техника, прогрессивные технологии, новые сорта, разумное применение эффективных средств защиты растений и удобрений. Ну и, разумеется, инвестиции, в том числе, в землю. Это я вам говорю как технолог сельхозпроизводства с сорокалетним стажем. Переход же земли из рук в руки только мешает эффективно использовать все выше перечисленное. Это все равно, что игра без правил. Работаешь на земле, повышаешь ее естественное плодородие, буквально няньчишь каждое поле, и вдруг бац - другому ее отдают хозяева по абсолютно не понятной причине. Причем механизм передачи примитивный.Приходит так называемый фермер и говорит людям: сколько получаете, по 4 тонны? Я дам на пай 5 тонн, идите ко мне! Он - шарлатан, не имеет никакой основы под таким обещанием. Известно, что на пай больше десятины не отдашь. Это экономика, тут никуда не денешься.

- Но ведь есть и такие, кто утверждает: соревнование арендаторов за право аренды реально подняло вдвое арендную плату. Чем это плохо для собственников земли? Их доходы выросли, а значит, и достаток, село стало богаче. Опять же конкуренция за землю подняла стоимость пая, сейчас за него дают уже и 300, и 400 тысяч рублей. Так что нет худа без добра.

- То, что сейчас мы стали давать по четыре тонны зерна на пай и выше, плюс мука, хлеб, масло, компенсация налогов, - больше следствие роста урожайности до 5 и более тонн с гектара, чем конкуренции за землю. Но у фермеров-то урожайность, как правило, чуть ли не вдвое ниже! Находятся те, кто клюет на пустые обещания. И начинается: собрания, межевания, суды... Ссоры, стенка на стенку. Самая настоящая война! Страдает прежде всего сама земля, эффективный арендатор при такой постоянной угрозе потери пашни не будет в нее вкладывать более-менее заметные средства. А зачем на дядю работать?

Превращение земли в товар, введение механизма перехода ее из рук в руки - страшное недоразумение. Земля - народное достояние, должна принадлежать всем людям. Кто работает эффективно - должен иметь право на дальнейшее использование. Если мы и дальше позволим земле так вольно гулять, то и до голода в стране будет недалеко.

- Сторонники частной собственности на землю уверяют, что период ее массовых перепродаж, смены арендаторов - временный. Рынок, мол, в конце-концов все отрегулирует, основные земельные участки постепенно прибьются к крупному производителю со всеми вытекающими последствиями...

- Это все общие разговоры, ничего реального под собой не имеющие. Обратите внимание, в мире есть множество стран с рыночной экономикой, где земля не находится в частной собственности. Государство владеет ею и сдает в аренду эффективным пользователям. И живут эти страны очень даже неплохо, продовольствием себя обеспечивают.

- Не затевать же теперь новую реформу, Николай Петрович, не возвращать же землю назад в казну волевым порядком?

- Зачем? Никто к этому и не призывает. Просто необходимо ввести разумные ограничения на оборот земли. Захотел продать - продавай, но только государству. А оно уже пусть сдает в аренду. Четко определив правила: кому давать, на каких основаниях, из-за каких нарушений прерывать договоры аренды. Через некоторое время, глядишь, львиная доля пашни будет уже в руках государства. Так мы и нездоровый ажиотаж вокруг земли собьем, и роль государства в контроле за ее эффективным использованием поднимем. Но это предложение больше для законодателей. Пусть проработают, обсудят. Уверен, что оно найдет поддержку в обществе.

- Не станет ли такая новация преградой на пути развития частной инициативы? Ваш личный пример, пример вашего «Свободного труда», Николай Петрович, говорит о том, что именно владение землей, ее свободное движение дает шанс на успех. Начинали с 24 гектаров, сейчас у хозяйства в обработке уже 10 тысяч гектаров...

- Это было 19 лет назад, как раз, когда все на селе затрещало. Земля тогда не имела цены, люди, получив ее бесплатно, не понимали ценности подарка, были рады отдать ее в любые руки. В таких условиях - да, это шанс. Мы подняли то, что просто валялось. Но мы же не собираемся возвращаться к бардаку снова и снова? Не сбрасывайте со счетов и то, что до этого я 21 год работал в успешных хозяйствах главным специалистом. Кое-что знал и умел. Сейчас окно возможностей для малых предприятий на селе очень небольшое. Овощеводство, садоводство, животноводство, пчеловодство... В сельхозпроизводстве же зерновом, как наше, с нескольких десятков гектаров уже не начнешь. Кстати, у меня до сих пор сохранился рассчитанный именно тогда бизнес-план. По нему, минимальная площадь пашни для успешного зернового сельхозпредприятия в наших местах - 2 тысячи гектаров. И ни гектаром меньше. Только имея в обработке такие площади, можно рассчитывать на интенсивное ведение хозяйства и расширенное воспроизводство. Зерновое производство достаточно капиталоемкое. Используемая техника, семена, удобрения, средства защиты растений стоят миллионы и миллионы рублей. Чтобы их купить, хотя бы в кредит, соответствующий стабильный доход нужен. Опять же производительность труда. Минимально на одного работающего должно производиться 300 тонн зерна. Не меньше. Тогда ты конкурентоспособен. У нас в кооперативе сейчас производится по 350 тонн. Так сказать, с запасом идем.

- Но ведь бывает и так, что хозяйство, что называется, не тянет. И маленькая у него арендная плата, и не вовремя выплачивается. Почему нужно выступать против естественного желания пайщиков сменить арендатора? Люди просто хотят, чтобы их собственность приносила больший доход, и я их хорошо понимаю...

- А не проще ли в такой ситуации сменить руководителя хозяйства? Или найти какие-то иные пути изменения положения. Я лишь за то, чтобы не дробили землю, не рвали ее на клочки. Поверьте, это самый пагубный путь.

- Николай Петрович, одна из основных претензий, которая предъявляется пайщиками к арендаторам на собраниях по переделу земли - их слабое внимание к социальной сфере сел. Особенно отдаленных. Порой даже собственной производственной базы в селе уже нет, работы ведутся привозными мехотрядами. Ставя в такой ситуации на фермера, люди исходят из того, что он свой, и ему село дорого...

- Если руководитель хозяйства не поддерживает развитие своего села, то он просто не видит дальше своего носа. Это в городе завод огородили забором - и все, за ним уже не мое. В селе все - и дороги, и мосты, и коммунальное хозяйство, и детсады со школами и клубами - так или иначе работает на сельхозпроизводство. Село в окружении полей - единый организм. Наше предприятие ежегодно тратит на социальное развитие села Новоселицкого и окрестных населенных пунктов не меньше 20 миллионов рублей. На хуторе Жуковском град разрушил кровлю школы - отремонтировали. В селе Долиновском дома культуры не было, так сейчас строим. По селу Новоселицкому прокладываем дороги, ремонтируем школы, детские сады. Обнесли детские учреждения оградой, установили видеонаблюдение, поддерживаем охрану. Это только последние примеры.

- Здание правления предприятия, в котором мы беседуем - настоящий дворец, окруженный красивым парком. Как-то необычно, что такая красота - и на самой окраине села... Не скрою, приходится сталкиваться с тем, что руководители хозяйств в последнюю очередь думают о конторе. Все производство и производство. У вас по-другому?

- Здесь ведь, как и на всякой сельской окраине, свалка раньше была. Все расчистили, построили. Красота эта совсем не лишняя. Контора - лицо предприятия. А красивое лицо всегда и располагает к себе, и становится своего рода производительной силой. И у покупателей продукции доверия больше, понимают, что не в шарашкину контору пришли.

Но главное - коллективу нравится, люди с охотой здесь работают - и это хорошо.

Для коллектива предприятие значит намного больше, чем даже дом. Случилось что с домом - есть предприятие, оно поможет. Случись что с предприятием - помочь будет некому. Я часто повторяю эту мысль. И ее постоянно подтверждает практика.

- И последний вопрос, Николай Петрович. Мы сейчас наблюдаем качественный рывок в развитии сельхозпроизводства. Средняя урожайность по краю превысила 40 центнеров с гектара - это вдвое больше, чем в советские годы. Достигнут ли потолок, или еще есть резервы дальнейшего роста? И какую роль в этом росте должны сыграть земельные отношения?

- Действительно, рост очень заметный. В прошлом году мы собрали отличный урожай - 42 тысячи тонн. Думали - рекорд. А в этом намолотили уже 45 тысяч тонн. Резерв роста производства в крае еще есть, и заметный.

Только один пример. Во многих хозяйствах еще практикуется двухполка. Это когда поле засевается через год, второй год земля парует. Но эта технология для засушливых регионов, в последние же годы у нас климат заметно изменился в сторону увлажнения. А технология двухпольная осталась. Отказавшись от нее, мы вовлечем в ежегодный севооборот сотни тысяч гектаров пашни. Наверное, должны быть, в том числе, и экономические механизмы, побуждающие покончить с технологиями вчерашнего дня.

- Спасибо за беседу.

Вел интервью Александр ЕМЦОВ.

Номер выпуска: 
Оцените эту статью: 
Средняя: 3 (2 голоса)

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос помогает Нам определить, что Вы не спам-бот.
7 + 1 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.