Вы здесь

УЖ КЛИСТИР БЛИЗИТСЯ. А КЛАСТЕРА ВСЕ НЕТ

ПОЛЕМИЧЕСКИЕ ЗАМЕТКИ ПО ПОВОДУ НЕБЛАГОПОЛУЧИЯ НА ЛЕКАРСТВЕННОМ РЫНКЕ

На совещании 12 октября В. Путин отметил, что цены на отдельные лекарства у нас дороже, чем в европейских странах, в разы. Манипуляции на рынке со стороны производителей и оптовых поставщиков стимулируются недобросовестными чиновниками, которые занимаются закупками, регулированием, допуском на рынок. В итоге Президент призвал заняться фармацевтическим рынком... спецслужбы.

Таким образом, раз уж мы заговорили медицинским языком, всех участников фармацевтического рынка в самом скором времени ждет клистир.

Аукционы не спасли

Разумеется, на вопрос по части наличия коррупции на рынке закупки лекарств любой чиновник минздрава скажет, что она исключена. Закупки идут на аукционах, на независимых торговых площадках, в анонимной форме, побеждает самое выгодное предложение и т.д. Так ли это?

Возьмем за основу наш край, откроем наугад сайт закупок. 4 октября краевой противотуберкулезный диспансер разместил заявку на закупку натрия хлорид - 5 тысяч упаковок по 32 рубля 32 копейки и 4 тысячи - по 29 рублей 30 копеек (меньшего объема). Крупнейшие поставщики натрия хлорид в стране - наш ставропольский «Эском», его дочернее предприятие «Медполимер» и немецкая компания «Би Браун». По качеству отечественные растворы не хуже. Но победит - «Би Браун». Потому что в заявке указаны только свойственные его продукции, причем несущественные, характеристики. А именно - самораспадающийся полиэтиленовый флакон. «Медполимер» и «Эском» в такой не льют, поэтому не проходят. И даже не будут участвовать по этой причине в торгах.

Это что, наш ответ на санкции г-жи Меркель? А может, вспомнили христианскую заповедь: ударили по левой щеке - подставь правую? Как это понимать? А на сайте закупок в этот же день размещена еще одна заявка все того же противотуберкулезного диспансера - на поставку глюкозы на 120,8 тысячи рублей. И также в самораспадающемся полиэтиленовом флаконе по 30 рублей 20 копеек. И опять реально сможет участвовать в торгах только «Би Браун». Другие глюкозу в такой пакет не льют.

Что это значит на практике? А то, что будет всего лишь один участник на обоих аукционах, и цена закупки останется та же, что выставлена заказчиком. Будь в заявках стеклянный флакон или вообще на таре не акцентировалось внимание, мог бы участвовать и «Эском». И мог бы, по информации его специалистов, опуститься и с натрия хлоридом, и с глюкозой даже до 16 рублей за флакон. То есть, почти в два раза дешевле продать. Около 200 тысяч рублей здравоохранение края сэкономило бы. И это только на двух заказах одного лечебного учреждения! Так что аукционная форма торгов не спасает, во всяком случае, не приводит к удешевлению. А россияне, получается, своими кровно заработанными поддерживают немецкую фармпромышленность.

Главное объяснение самих медиков, почему они заказывают инфузионные растворы в самораспадающихся полиэтиленовых пакетах, состоит в том, что они ...легче тех, что в стеклянных! Да еще и экологически чистые. Мол, медсестрам меньше нагрузка, природе легче. Трогательная забота об условиях труда и природе, ничего не скажешь! За счет бюджета. Но на самом деле подобные объяснения выглядят смешно. Рассчитаны на дураков. Разница в весе бутылки и пакета исчисляется десятками граммов. А утилизация стекла у нас налажена даже лучше, чем пластика.

Как правило, заявку формируют под определенного участника торгов с куда более прозаическими целями. Теми самыми, из-за которых и насылает Путин на отрасль силовиков.

Вернуться к прямым закупкам

Вообще-то перспектива бюджетного финансирования нашего здравоохранения складывается не лучшим образом. Если верить некоторым публикациям, уже в этом году расходы на здравоохранение в целом по стране сокращаются чуть ли не на 40 процентов. Экономить начнут прежде всего на лекарствах. Чаша сия не минет и наш край. Конечно, вмешательство силовиков эффект какой-то даст, но, в целом, положение не спасет. Очевидно, что нужны более системные меры по урегулированию ситуации.

Одно из предложений специалистов в этой связи - исключение посредников, восстановление прямых связей производителей с потребителями. Сегодня, например, крупнейший производитель тех же инфузионных растворов «Эском» не имеет прямых поставок на учреждения здравоохранения края. Но при этом поставляет свою продукцию в ближнее зарубежье, от Белоруссии до Казахстана. Так и напрашивается вопрос к руководству концерна: почему так? Не проглядывается ли здесь противоречие между интересами страны и предприятия?

С другой стороны, наладить прямые поставки сегодня нельзя даже теоретически. Хотя бы потому, что существующая система закупок такие отношения исключает. Больницы и другие бюджетные лечебные учреждения все без исключения лекарства закупают на торгах. Иначе - нарушение закона.

Сам этот механизм ввели, чтобы покончить с коррупцией. Судя по гневу Президента, да и по приведенному нами примеру с противотуберкулезным диспансером, не покончили. Так может, надо искать пути возвращения к прямым закупкам? Например, в форме государственного заказа правительства края «Эскому». А почему бы и нет? Раз есть государственное регулирование цен на лекарства, то почему не быть госзаказу? Тем более, что в крае создан специализированный ГУП «Ставропольфармация». Так и дайте ему задание производить закупки только у отечественного производителя.

Дорого потому, что в дефиците

Вообще, баснословные цены на лекарства - это не только погоня за наживой производителей, посредников, чиновников и иже с ними. Они, эти цены, еще и от банальной нехватки лекарств. Наша страна производит меньше половины от потребности.

Как это ни странно, дефицит этот в какой-то степени и рукотворный. Когда уже действующие мощности начинает лихорадить, и они уступают рынок тем же западным компаниям.

Взять ту же историю с «Эскомом». Лил 15 миллионов флаконов в месяц, скатился до 3 миллионов. Сначала - в связи с прекращением поставки ему бутылки с Украины, а затем и с остановкой заводов «ЮгРосПродукта», заменивших украинского поставщика. Надо сказать, что переориентация на него была серьезной ошибкой руководства «Эскома». Весь край знал, что у того серьезные долги перед поставщиками, длительные судебные споры с «Газпромом». Не надо было иметь семь пядей во лбу, чтобы предвидеть форс-мажор. Который и произошел в прошлом году, когда заводы больше чем на полгода отключили от газа. С полной их остановкой и прекращением поставки бутылки.

Опять же не лучшим путем пошло руководство «Эскома», когда пыталось найти деньги для своевременного погашения кредитов концерна. Нашло сомнительных кредиторов. В итоге и денег особых не оказалось, и попало в зависимость от инвесторов, которые, судя по их поступкам, больше озабочены установлением собственного контроля над предприятием, его поглощением, чем успешной работой и развитием мощностей.

В настоящий момент большая часть проблем у «Эскома», похоже, позади. Предприятие, поставляющее для больниц чуть ли не всей страны жизненно важные инфузионные растворы, сейчас уверенно работает, хотя пока и на пятьдесят процентов мощности, стеклянная бутылка для этих самых растворов поставляется, зарплата людям выплачена. Внешне все вроде налаживается. Ураган в виде угрозы банкротства и рейдерского захвата прошел. Но, как говорится в таких случаях, осадочек остался.

Этот осадочек - ощущение уязвимости и даже беззащитности бизнеса. Даже такого крупного, как «Эском», если он не контролируется государством.

Но меня, как жителя нашего края, как налогоплательщика интересует вот что. Согласитесь, любой, даже самый мелкий предприниматель в свете этих тревожных событий может подумать: если так легко можно чуть ли не остановить одно из крупнейших да еще и жизненно важных предприятий края, без продукции которого больницы просто прекратят лечение, то что же тогда может ожидать меня? Производящего салфетки, пипетки или там пирожные? Махновщина? Откат в 90-е?

Пишущего эти строки просто забавляет одно обстоятельство. Весь публичный сыр-бор вокруг «Эскома» пошел, когда начались задержки зарплаты. То есть, когда он уже провалился в долговую яму. Трудовая инспекция, полиция оживились. И даже в стенах Общественной палаты Российской Федерации проблему наши ярые блюстители социальной справедливости рассмотрели. Когда ее, эту самую зарплату, кстати, уже всю выплатили. По-моему, они там больше пиарились, а может и того хуже - на рейдеров работали. Но в любом случае, зарплата - это святое, это очень важно. По-другому, то есть по-тихому, и не должно, и не могло быть.

А кто-то вообще задумался о наших пенсионерах, где им брать отечественные препараты, которые в разы, а то и в десятки раз дешевле зарубежных аналогов?

Лучше помочь позже, чем никогда

И, тем не менее, свою заметную роль в стабилизации ситуации на предприятии правительство Ставропольского края сыграло. Хотя и с запозданием. Вроде минпром края вместе с минпромом страны даже программу по выводу предприятия из кризиса разработали и реализовали. Губернатор края В. Владимиров аж до Председателя правительства Российской Федерации Д. Медведева дошел. В итоге «Газпром» умерил гордость и, несмотря на огромные долги, дал газ на завод «ЮгРосПродукта», который теперь начал лить бутылку под инфузионные растворы. Конвейер «Эскома» заработал.

Но меня лично не оставляет впечатление какой-то зыбкости, временности принятых мер. Впечатление отсрочки катастрофы не оставляет. За газ поставщиком бутылки «ЮгРосПродуктом» «Межрегионгазу» так полностью и не заплачено. Во всяком случае, широкой публике об этом не рассказали. Значит, газовый вентиль могут перекрыть в любой момент. Но самое главное - стекольный завод сейчас на банкротстве, в стадии конкурсного производства. Это значит, что все зависит от доброй воли конкурсного управляющего. Захочет - продаст любое имущество для погашения долгов хоть завтра. Ту же самую печь для плавки стекла - сердце завода. И что тогда? Опять бутылка ек, опять ищи ее по всей стране? Не может судьба пяти ведущих фармпредприятий («Мосфарм», «Биосинтез», «Биохимик», «Красфарм», «Эском»), ритмичности поставок их продукции для здравоохранения целой страны зависеть от воли одного человека.

Дальше - больше. В отношении самого крупного производителя инфузионных растворов «Эскома» возбуждено дело о несостоятельности. Пока - стадия наблюдения. Дай Бог, на этом все и остановится. Но если пойдет дальше, если основной кредитор банк ФК «Открытие» и те, кому он уступил долги «Эскома», будут напирать и требовать их немедленного возврата? Пока они не очень уступчивые. На реструктуризацию долга не идут. Это ведь ненормально, когда большая часть долга передана без согласия руководства «Эскома», то есть самого должника, в офшорную компанию «Байкал» с уставным капиталом всего десять тысяч рублей. То есть, банк на огромное предприятие с фондами, стоимость которых превышает семь миллиардов рублей, не надеется, а предприятию карликовому, да еще и за бугром, безоглядно верит. Абсурд какой-то. Но скорее - схема. То есть, продолжаются какие-то странные игры, участники, правила которых, а тем более конечная цель, не очень ясны.

А ведь «Эскому» еще заканчивать крупный инвестиционный проект по запуску производства инфузионных растворов в полипропиленовой упаковке. Объект Федеральной программы развития фармацевтической отрасли. На который, собственно, и был оформлен кредит, и из-за которого предприятие и попало в полосу неприятностей. То есть, его руководство проявило патриотизм, подключилось к решению проблемы страны, взяло на себя ответственность, а теперь - одно расхлебывает проблемы. Сам кредитор банк ФК «Открытие» в одностороннем порядке приостановил финансирование проекта, закрыл 100-миллионный кредит. Образно говоря, включил красный свет завершению объекта, от которого зависит здоровье миллионов.

Как еще раз не сказать: В. Путин трижды прав, когда поручил спецслужбам разобраться с ситуацией на фармрынке страны.

Конечно, что-то на этом важнейшем для страны объекте «Эском» продолжает делать. За счет оборотных средств. Проводит реконструкцию помещений, завозит оборудование. Надеется, что уже в первом квартале следующего года завод производительностью 80 миллионов флаконов в полипропиленовой упаковке заработает. И дефицит инфузионных растворов в Российской Федерации тем самым закроет, и финансовое свое состояние поправит. Продолжая работать в этом направлении, «Эском» понимает, что он сможет выжить только за счет увеличения объемов реализации.

Иные давно сделали, а мы все чешемся

Понятное дело, рынок лекарств в полной мере насытят только новые мощности по их производству. Для этого реализуется целая федеральная программа. В ее рамках и идея создания фармацевтических кластеров. В том числе - Ставропольского.

Носиться с ней начали, напомню, еще при губернаторе В. Гаевском. В 2010 году, то есть целых шесть лет назад. Виделся тогда нашим краевым правителям кластер в такой конфигурации. В центре концерн «Эском», добившийся к тому моменту головокружительных успехов в росте объемов производства, в качестве продукции и занявший по выпуску некоторых инфузионных растворов чуть ли не половину всего российского рынка. Под наукой - в первую очередь, Ставропольский государственный медицинский университет. Ну, а в роли смежников виделись те предприятия, которые поставляли «Эскому» тару, пробки, этикетки и тому подобное, то есть, сырье и материалы, необходимые в производстве. Работать кластер должен был на всю страну. Нацелен на освоение инноваций и самых современных технологий в отрасли. Своего рода законодатель моды.

Это был наш, ставропольский, ответ Чемберлену - преодоление зависимости от импорта в производстве лекарственных препаратов.

Тогда, напомню, санкций западных никаких еще не было. Но как в воду глядели, будто бы готовились к ним, намечая создание кластера.

Пять лет назад был сделан и первый заметный шаг в реализации этой высокой идеи - заложили новый завод, планировали начать выпуск антибиотиков. Такое производство значительно расширяло линейку ассортимента, создавало по большому счету базу развития всего нашего фармацевтического кластера и не только. Федеральный бюджет дал 850 миллионов на развитие инфраструктуры, концерн вложился в покупку земли, лабораторного и технологического оборудования на сумму более 700 миллионов рублей.

Но жизнь всегда вносит свои коррективы. Предприятие активно развивается, получает массу наград, в том числе и на международном рынке. Становится 4-м в Европе, 7-м в мире. Думаю, руководство концерна в этот момент настолько оторвалось от действительности, что перестало анализировать ситуацию. Проявилось, как в таком случае говорится, головокружение от успехов. Череда проблем, о которых говорилось выше, не заставила себя ждать. А значит, пришлось думать уже не о развитии, а о сохранении предприятия. Приходится замораживать все новые проекты, в том числе и прекрасную идею об устранении зависимости от импорта.

Летом правительство края провело совещание по кластеру. Похоже, идея кластера как таковая не умерла и ходит по властным коридорам. Есть даже проект, назовем его полностью - «Соглашения о создании инновационно-промышленного кластера медицинских и фармацевтических технологий Ставропольского края». В нем все, как и положено в такого рода документах. Цели и задачи, права участников кластера, механизмы их взаимодействия, структура управления, координация деятельности, финансирование... Есть даже и проект постановления губернатора края о создании кластера. Приложение к Соглашению. Подпишет его Владимиров - и все, поезд тронулся.

У любого губернатора, в том числе и у нашего, в руководстве регионом есть масса как плюсов, так и минусов. Но чего у Владимирова не отнять, так это способности решать, казалось бы, неразрешимые вопросы. Чего стоит только запуск «ЮгРосПродукта». Создается впечатление, что без участия первого лица края тема фармкластера так и будет буксовать. Где все профильные министерства? Где руководители смежных предприятий? Список так и не сформирован. Так, может, стоит губернатору собрать всех предполагаемых участников кластера и поставить конкретные задачи с конкретными сроками исполнения? Время ведь не идет - бежит.

Тем более необходимость в формировании кластера не отпала. Ведь в свете последних событий наша зависимость от западного рынка в медицинских препаратах только выросла. С той еще разницей, что платим теперь за них вдвое больше. Валюта ведь прыгнула вдвое. Самое время, вы уж извините меня за словесное хулиганство, повторить выражение, вынесенное в заголовок статьи: уж клистир близится, а кластера все нет.

Кстати, Калужский фармацевтический кластер, разговоры о котором начались одновременно с разговорами о нашем, уже давно работает. Еще в 2013 году он стал полнокровным членом Платформы кластерного сотрудничества. Эта структура объединяет подобные образования всего развитого мира.

Александр ЕМЦОВ.

Номер выпуска: 
Оцените эту статью: 
Голосов еще нет

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос помогает Нам определить, что Вы не спам-бот.
11 + 9 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.