Вы здесь

А ВЫ, ДРУЗЬЯ, КАК НИ САДИТЕСЬ?..

На прошлой неделе Президент РФ Владимир Путин подписал Указ «О структуре федеральных органов исполнительной власти», которым министерство образования и науки РФ преобразовывается в два: министерство просвещения и министерство науки и высшего образования. Первое будет заниматься вопросами школ и среднего специального образования, второе - вопросами научных учреждений и вообще развития науки в стране в целом. Этим же указом обозначено, что руководить Рособрнадзором будет правительство страны.

Как пояснили в минобрнауки, реорганизация в ведомстве займет несколько месяцев и должна закончиться к началу 2019 года. И добавили, что во время реорганизации будет «безусловно трудно».

Как это водится, у нововведения сразу появились сторонники. Немало и тех, у кого грядущие преобразования вызывают сомнения, вопросы и опасения. «Ведомости» решили собрать наиболее интересные комментарии, которые даны представителями власти, научного сообщества, педагогами и рядовыми гражданами. И вот что у нас получилось.

Председатель верхней палаты парламента Валентина Матвиенко:

«Что касается принятого решения о разделении министерства образования и науки, считаю это абсолютно корректным... Сегодня, можно так сказать, научные исследования, разработки относятся и к высшей школе, где этим занимаются, и к академическим институтам. Для того чтобы усилить внимание к этим направлениям, повысить роль науки в развитии нашей экономики, требуется отдельное министерство-ведомство, которое бы предметно, профессионально, системно занималось этой темой».

Доктор педагогических наук, профессор, член-корреспондент РАО, заведующий центром истории педагогики и образования Института стратегии развития образования Михаил Богуславский:

«Это решение совсем не неожиданное. Потому что практика последних пары десятков лет показала, что у министерства просто не доходят руки до всего: и до науки, и до высшего образования, и до общего образования. Если посмотреть назад, то мы увидим, что во времена Фурсенко министерство делало основной упор на науку, во времена Ливанова - на высшую школу, в первые два года Васильевой на посту министра - ведомство больше внимания уделяло общему образованию. Так что такое разделение давно назрело. Ведь так было и в советское время: существовали министерство просвещения и министерство высшего образования...

Если начинать с самого начала, то надо сказать, что в 1802 году в Российской империи было создано министерство народного просвещения. И в таком виде оно просуществовало до 1917 года, когда было переименовано в государственную комиссию по народному просвещению, а спустя год его постигло переименование еще раз - в народный комиссариат просвещения РСФСР. В 1946 году комиссариат стал министерством просвещения, в министерство образования оно превратилось уже в 90-е годы, после распада Советского Союза. Первым главой ведомства стал Эдуард Днепров. Министерство в те годы курировало общее, высшее, среднее специальное и профессионально-техническое образование».

Ректор Московского городского педагогического университета Игорь Реморенко:

«Получается так, что регулирование компетенций по подготовке высококвалифицированных рабочих специалистов (то есть средне-профессиональное образование) будет одним ведомством осуществляться, а регулирование компетенций подготовки специалистов в высшей школе - другим. Мне кажется, здесь надо объяснить, почему профессиональное образование оказалось как бы разорванным. И второй вопрос: если мы называем ведомство министерством просвещения, то имеется в виду, что оно должно регулировать и образование, и культуру. Здесь же культура не находится в ведении министерства просвещения. То есть что имеется в виду? Почему, например, его не назвали министерством общего образования или даже так: общего и средне-профессионального образования? Это не очень ясно».

Директор Института развития образования НИУ ВШЭ Ирина Абанкина:

«Решение это действительно назрело - так, у современной педагогики расширился круг стоящих перед ней проблем, вызовов. Сегодня есть очень много задач, которые связаны с ранним развитием детей, особенностями становления. С другой стороны, то, что касается высшего образования, науки, технологий, также требует отдельного регулирования. Здесь речь идет в первую очередь о задаче быть глобально конкурентоспособными. То есть такое разделение вполне целесообразно».

Член Общественной палаты РФ, профессор МГИМО Университета МИД России, глава Российского профессорского собрания Владислав Гриб:

«Идея создания двух министерств вполне логична. До сего дня мы фактически имели мегаминистерство с огромным набором функций, что не всегда способствовало эффективности их исполнения. Уверен, что деление пойдет на пользу и высшей школе, и науке. Конечно, период реформирования неизбежно повлияет на слаженность работы ведомства и решение поставленных перед ним задач. Однако комплекс накопившихся проблем и те задачи, которые были поставлены перед наукой и образованием главой государства требуют, в том числе, и таких решений. Профессорское сообщество в целом с пониманием относится к этой идее».

Директор Федерального института развития образования Александр Асмолов:

«Вместо минобрнауки мы имеем теперь четыре новые структуры: минпросвещения, которое я бы назвал министерством очень среднего образования; министерство науки и высшего образования; плюс Рособрнадзор с Агентством по делам молодежи, впервые напрямую подчиняющиеся Правительству России. Как тут не вспомнить известные строки: «А вы, друзья, как ни садитесь, все в музыканты не годитесь»! Однако главное в другом. Данное управленческое решение находится в резком диссонансе с майскими указами Президента и Национальной стратегией развития страны, ключевыми задачами которых являются научно-техническая модернизация России, рост конкурентоспособности страны, включая вхождение нашего среднего образования в десятку лучших в мире и впервые - установку на максимальное развитие и самореализацию каждой личности в нашей стране. И принятие такого решения лично у меня вызывает сомнение в том, смогут ли стать реальностью эти замечательные замыслы Президента. Вместо этого мы получим управленческий хаос на годы вперед. Ведь если по законам управления тот или иной орган обычно создается под решение определенной задачи, то здесь все наоборот: мы придумываем органы под конкретные персоны, а затем думаем, что за задачи они будут решать».

Глава Всероссийского педагогического собрания и ректор Московского госуниверситета технологий Валентина Иванова:

«Образование от этого разделения, несомненно, выиграет, поскольку в каждом из новых ведомств будут сконцентрированы специалисты, решающие конкретные, но разные задачи. Раньше их решение было унифицированным, хотя для разных возрастных групп должны существовать свои механизмы и привлекаться свои специалисты: не случайно же диссоветы по педагогике в средней школе и в высшей школе у нас разные. А разделение министерств позволит сконцентрироваться на возрастной специфике - поверьте, очень серьезной. Так, в сфере общего образования главное - выявление, поддержка и развитие талантливых детей, в то время как в высшем - соответствие обучения запросам работодателей. Это совершенно разные задачи и, соответственно, разные технологические решения».

Экс-президент РАН, советский и российский физик Владимир Фортов:

«Разделить большое министерство надо было давно, для того чтобы двум сферам - и науке, и образованию - уделять равное внимание. Наука и высшее образование связаны между собой, поэтому я только приветствую новый указ Президента... Я думаю, что для науки это правильный шаг - выделение ее в отдельное ведомство. Думаю, что для управления наукой и высшей школой в министерстве будут созданы отдельные управления, которые будут выполнять свои функции. И, конечно, многое зависит от личности будущего министра. Хотя он априори будет находиться в более зависимом положении, чем, скажем, не назначенный сверху, а избранный президент Академии наук. Но я убежден, что, как и раньше, РАН будет активно и плодотворно работать с новой структурой, как в свое время она работала с Госкомитетом по науке и технологиям и министерствами».

Советский и российский физик, академик и член президиума РАН Александр Литвак:

«К сожалению, мы до конца не понимаем, какой принцип был заложен в разделение. Конечно, если просто говорить про министерство, которое ведало всем - от детсада до науки, - это было странно. Но, по-моему, правильнее было бы создать сразу министерство науки и технологий, собрав фундаментальную и прикладную науку в одном месте. Наверное, это надо было бы делать без вузов, потому что у них все-таки другие задачи - образовательные. С другой стороны, вузы не могут быть полностью оторваны от институтов... Тут надо очень основательно подойти к рассмотрению их взаимодействия. Теперь что касается возникших в связи с разделением опасений. Исторически сложилось, что значительные успехи советской науки рождались от тесного взаимодействия РАН (сообщества выдающихся ученых) с коллективами ведущих академических институтов. ФАНО, с которым мы пять лет выстраивали отношения и уже почти нащупали правильный вектор, теперь ликвидируют... И как теперь академические институты будут встраиваться в новую систему при миннауки и высшего образования с преимущественным количеством вузов и других организаций, не очень понятно. Есть мнение, что они в итоге еще больше отдалятся от академии, и это не пойдет на пользу науке. Сейчас было бы правильно восстановить управляющие функции РАН, а ФАНО преобразовать в управление делами академии. А так есть опасение, что мы вступаем в заключительный этап затеянного в 2013 году преобразования РАН в клуб выдающихся ученых».

Комментируют нововведение и на сайте профессионального сообщества «Педсовет. орг». И мнения, собранные на нем, тоже интересные.

Василий Пастушенко, пенсионер:

«Понять ситуацию, в принципе, несложно: есть четыре главных пункта:

1) образование, 2) наука 3) отечественная экономика 4) западная экономика.

Немедленно возникает аналогия с квартирой, у которой чаще всего комнаты имеют четыре угла. Но еще точнее будет аналогия с басней Крылова о музыкальности квартета со специфическими исполнителями».

Дмитрий Новиков, родитель из Московской области:

«Ставлю на то, что начнутся проблемы с поступлением школьников в вузы. Возможно, планируется в качестве жеста доброй воли - отмена ЕГЭ и возврат к старым добрым экзаменам, когда все зависело от личных отношений учителя и ученика (его родителей).

Опять же, проблема со школами при вузах - возможно, их передадут во второе министерство и их слушателям не нужно будет поступать. Достаточно попасть в такую школу».

Елена Ковалева, учитель из Новосибирской области:

«Заглянем в словарик. Термин «просвещение» происходит от старославянского «излияние света». Тогда возникает вопрос: кто тот светоч? Кто будет «лить свет» в «обновленной» школе? Неужто опять учитель? Или робот «Алиса»? Или электронный учебник? УЧЕНИК! Вот кто будет излучать свет! Станет «свечой» всеобщего просвещения. Ученик, с его «деятельностным» подходом! По новым ФГОСам учитель всего лишь «организует» обучение, по-тьюторски сопровождает ученика. Ученик должен быть в центре внимания. Педагоги же не обязаны читать лекции... Педагоги уже подготовились к такой модели, написали «технологические карты урока», «сценарии занятий». А тут... опять просвещать? Раз нет министерства образования, а есть министерство просвещения, означает ли это, что ученик теперь будет не образованным, а просвещенным в результате?

Или такое обновленное название допускает теперь в школу священников? Уж больно схожие по звучанию -свящ- и -свещ-, и в скором времени ожидать переименования министерства в «министерство просвЯщения»? У меня вопрос, будут ли теперь, в связи с переименованием, «освящать» школы?

Ирина Бурмистрова, преподаватель из Московской области:

«Согласна, что термин «просвещение» не совсем отвечает задачам создаваемого министерства. Название, скорее всего, дань традиции. Но, как мне кажется, разделение проведено верно. Проблема назрела давно. И как бы ни называлось новое министерство, суть не в этом. Очень надеюсь, что будут положительные перемены и в школах, и в СПО. Особенно хотелось бы, чтобы СПО стало бесплатным на 100 процентов. Это важно. Проблемы в общеобразовательных учреждениях в последние десятилетия только накапливались, благодаря нашим «умным» и некомпетентным управленцам. Надежды есть, но только надежды».

Александр Либерман:

«По поводу термина «просвещение». Инициатива хорошая так назвать, ибо просвещение более прогрессивно, нежели образование, и несет в себе передачу культурных ценностей от старшего поколения младшему. Но мало назвать, потребно слово наполнить содержанием и смыслом».

Вадим Монахов, преподаватель вуза:

«Полагаю, основное назначение разделения минобрнауки на два министерства - тихая ликвидация вредительского ФАНО. Так, чтобы не признавать глупости и вредительства в проведенном разгроме РАН.

В остальном данное преобразование - чисто бюрократическая вещь. Еще с советских времен известно правило: если в какой-то области имеются серьезные проблемы, а высокопоставленные чиновники не имеют квалификации и желания разбираться в них и решать эти проблемы, чиновники начинают занимаются укрупнениями или разукрупнениями министерств. Это имитирует реальную работу».

Виталий Стрельцов, преподаватель среднего профобразования:

«Интересная тема. Сначала потратить силы и огромные средства на то, чтобы объединить вузы и СПО в одно целое, а теперь вузы к одному министерству, а их филиалы СПО - к другому? В какое веселое время живем».

* * *

Но как бы все мы ни относились к преобразованиям в структуре минобрнауки РФ и сколько бы копий ни ломали, изменения - дело решенное, реформа заявлена. Хотя пока о ней и слышали-то не все. Какие результаты она принесет, покажет время.

Ирина ПОСТОВАЯ.

Номер выпуска: 
Оцените эту статью: 
Голосов еще нет

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос помогает Нам определить, что Вы не спам-бот.
16 + 1 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.