Вы здесь

КУДА ДЕВАТЬ СТАВРОПОЛЬСКОЕ ЗЕРНО?

Два миллиона гектаров - примерно столько пашни в этом году на Ставрополье под озимыми. Прогнозировать количество и качество будущего урожая традиционно считается ересью. Однако проанализировать сложившуюся в сфере зернопроизводства и на рынке зерна ситуацию можно - исходя из доступных на сегодня данных. Итак, выращенное убрано, осенний сев завершен. Что дальше?

КРИЗИС ПЕРЕПРОИЗВОДСТВА

Если вспомнить выкладки специалистов, озвученные весной уходящего года, можно прийти к выводу: рекордный урожай-2017 оказался сродни русской зиме или первому снегу: для определенных служб они всегда наступают неожиданно. Даже федеральное аграрное ведомство, по утверждению президента Российского зернового союза Аркадия Злочевского, прогнозировало: страна соберет 100-105 миллионов тонн зерна. Собрали более 132 миллионов тонн. Речь шла и о возможном снижении качества зерна - прогнозы вновь оказались, мягко говоря, неточными. По результатам жатвы 2017 года качество произведенной Россией пшеницы в общем выше, чем в 2016 году. Министр сельского хозяйства России Александр Ткачев назвал результаты прошедшего сельскохозяйственного сезона рекордными «даже для времен Советского Союза», а премьер-министр Дмитрий Медведев не преминул объявить: «Россия вернулась в клуб государств - крупнейших производителей зерна». И что?

Коль приводить все эпитеты, которыми в последний месяц сопровождались ответы ставропольских земледельцев на вопрос: «Как дела?» - могут привлечь за хулиганство. Те, кто успел продать зерно по восемь тысяч рублей за тонну в конце июля - августе, по большому счету выиграли. Хотя, глядя на таких «торопыг», даже умудренные опытом руководители хозяйств крутили пальцем у виска: это же практически даром! Для сравнения: год назад продовольственную пшеницу четвертого класса, которая считается основным товаром на зерновом рынке Ставрополья (точнее, всей России) продавали и по 10,5 и по 11 тысяч рублей за тонну.

В сентябре за ставропольское продовольственное зерно третьего класса не давали больше 7,5 тысячи рублей за тонну.

- Мы столкнулись с беспрецедентным давлением на рынок в связи с огромным и неожиданным перепроизводством, - подытожил результаты нынешнего этапа сезона 2017 года на брифинге по итогам жатвы в стране президент Российского зернового союза Аркадий Злочевский. - Не спасает и экспорт: даже самый оптимистичный расчет (а он таков: в лучшем случае Россия сможет отправить за рубеж порядка 45 миллионов тонн зерна нового урожая) показывает: от давления внутреннего рынка избавиться не удастся.

Экспортный рынок в 2017 году сыграл против России: пшеница нашего небывалого урожая не нужна более в Индии, например. Индусы перешли на самодостаточность. Не может Россия продавать зерно и Турции: из-за пресловутых «томатных войн» эта страна ввела для нас «особую» пошлину, сводящую на нет любую возможность поставок. А ведь Турция нуждается в порядка 40 миллионах тонн зерна - это почти весь объем экспорта, озвученный Аркадием Злочевским. Все это самым непосредственным образом играет на повышение предложения внутри страны, коль скоро разгрузить рынок «наружу» невозможно. Правда, шаги по расширению географии экспорта предпринимаются: сейчас наше зерно покупают порядка 110-130 стран, в зависимости от сезона, но, похоже, шаги эти слишком маленькие.

Учитывая, что немалый процент ставропольского зерна традиционно шел за рубеж, ясны и причины малолитературного лексикона ставропольских крестьян в осенние месяцы рекордного года.

ОПОСРЕДОВАННЫЕ ИНТЕРВЕНЦИИ

Министр сельского хозяйства России Александр Ткачев в интервью «Ставропольским ведомостям» рассказал о том, как определены и кому достанутся ожидаемые земледельцами государственные зерновые интервенции. К сожалению, ни копейки на государственные интервенционные закупки непосредственно зерна в России пока не перечислено. То есть производитель зерна не «оплачивает» пока лишь его перевозку: три миллиарда рублей, направленные на компенсации затрат на железнодорожные перевозки зерна, свели тарифы к нулю. Правда, эта льгота касается далеко не всех производителей далеко не во всех регионах. Мало того, прибыль крестьянину здесь светит лишь при условии жесточайшего контроля аграрным ведомством, распоряжающимся «обнулением» железнодорожных тарифов, за теми, кто платит железнодорожникам. То есть организациям и гражданам, зерно не производящим, а его закупающим и перевозящим.

И все же «обнуление» железнодорожных тарифов для зерноперевозок, по мнению экспертов, смогло удержать рынок от дальнейшего падения - это его стабилизировало, но к росту цен на зерно не привело. Остановили падение цены на зерно на внутреннем рынке и другие факторы: разумная «прижимистость» крестьян, не бросившихся распродавать все за бесценок, и рост цены на зерно на мировом рынке. Сейчас тонна пшеницы за рубежом, по оценке Аркадия Злочевского, стоит примерно 196-197 долларов. В России до сих пор - не более 140-145 долларов. Речь, разумеется, идет о продовольственной пшенице четвертого класса.

Что же касается зерновых интервенций в традиционном виде, то в этом году, похоже, отношение государства к этой практике настороженное. Зерновые интервенции в 2015-2017 годах помогли снять ценовое напряжение и убрать избыток зерна на рынке. Но при этом объем интервенционного фонда вырос до 3,9 миллиона тонн (по данным на 25 октября), а стоимость его годового обслуживания выросла с двух миллиардов рублей до 9,5 миллиарда. В связи с тем, что эти средства, как выразился на брифинге по итогам заседания профильного комитета Госдумы России замминистра сельского хозяйства страны Игорь Кузин, «являются достаточно серьезной и постоянно возрастающей» статьей расходов бюджета, требуется внедрение альтернативных регуляторных мер. Вот почему придумали субсидировать железнодорожные тарифы внутри страны, вот почему в этом году в рекордные сроки была внедрена новая мера господдержки по субсидированию перевозок зерна на экспорт. Также в стадии подготовки находится формирование механизма ускоренного экспорта зерновых.

Интервенционный фонд зерна на 2018 год в проекте федерального бюджета на 2018-2020 годы предусмотрен в объеме 6,5 миллиарда рублей. «Обслуживание интервенционного фонда заложено в объеме 6,5 миллиарда рублей, исходя из прогноза, что в текущем году и в следующем мы сможем реализовать еще 1,5 миллиона тонн, чтобы снизить объем интервенционного фонда», - рассказал Игорь Кузин.

Федеральное министерство сельского хозяйства, определяющее необходимость и степень поддержки сельхозпроизводителя, предлагает распределить средства, выделяемые на следующий год в качестве господдержки зернопроизводства, на два направления. Это несвязанная поддержка в области растениеводства - восемь миллиардов рублей, и 12 миллиардов рублей - новые краткосрочные кредиты. В общем, можно сделать довольно смелое, но не лишенное смысла предположение: прямых государственных зерновых интервенций в тех объемах, что бывали ранее, ожидать в будущем не приходится. Помощь крестьянам от государства будет идти опосредованно, либо в виде кредитов. А кредиты - они ведь при таких условиях выдаются, что и брать не захочешь.

ЗЕРНО НЕ ПОДОРОЖАЕТ?

Первый заместитель главы аграрного ведомства Ставропольского края Роман Коврыга на очередной планерке в краевом минсельхозе привел данные Ставропольского Гидрометцентра за октябрь. В среднем по краю выпало 50 миллиметров осадков, что на 20 процентов выше месячной нормы. Это способствует накоплению запасов продуктивной влаги в метровом слое почвы.

Также первый замминистра отметил, что на всех паровых участках, где сев производился с конца сентября до середины октября, получены всходы.

- На сегодня главная наша цель - получить хороший урожай выращиваемых в крае культур, который окупит затраты, принесет прибыль и обеспечит продовольственный достаток жителям региона. Мы провели посевную в наиболее оптимальные сроки с использованием качественного посевного материала. Нынешние погодные условия также складываются весьма благоприятно для будущего урожая, - подвел итог министр сельского хозяйства Ставропольского края Владимир Ситников.

Можно не сомневаться в том, что в 2018 году, учитывая все факторы: качественный посевной материал, достаточное количество удобрений, средств защиты растений, да и техническую оснащенность, не в пример прошлым годам, - на Ставрополье будет приличные урожай. Если погода, конечно, не подведет. С двух миллионов гектаров площадей, отданных под зерновые, можно ожидать сравнимый с уходящим годом валовый сбор зерна. Только вот куда его девать будущей осенью? Между прочим, ставропольские крестьяне пошли на то, чтобы сохранить объемы посевных площадей примерно на уровне прошлого года - в надежде, что к следующей осени рыночная ситуация как-то «рассосется». А если нет? Если внешний рынок не удастся расширить - хотя бы за счет географии поставок, если эксперименты с государственными интервенциями не приведут к хорошему результату, если ситуация осени 2017 года повторится и в следующем? Бросать поля, идти домой? Или, может быть, обратиться к, да, пропагандируемой, да, всюду упоминаемой, но никак не встающей на ноги отрасли сельхозпроизводства: животноводству?

ЧТОБЫ ЗЕРНО «МЫЧАЛО»

В Ставропольском крае производится 2,2 процента от общероссийского объема производства сырого молока. С учетом того, что наш край занимает четвертое место в России по общему объему производимой сельскохозяйственной продукции, двенадцатое место в стране по производству сырого молока - показатель нерадостный. Мало того, в последние годы в регионе наблюдается спад его производства: он невелик, но стабилен.

Еще скромнее Ставрополье выглядит по показателю товарности молока (это показатель продаваемого молока по сравнению с произведенным). Она составляет всего 64,6 процента. В среднем по России товарность выше - 66 процентов.

По последним статистическим данным, снижается и поголовье коров: если в 2014 году оно составляло 203 тысячи, в 2015 незначительно выросло - до 204,2 тысячи, а в 2016 году вновь упало - до 198,7 тысячи голов. Племенных коров молочного направления всего 13,1 процента.

Продуктивность коров тоже находится на скромном уровне даже по среднероссийским меркам - в среднем 4,5 тонны в год на корову.

По потреблению молока и молочных продуктов регион находится только на 50 месте в России. В 2016 году этот показатель в крае достиг только 212,6 килограмма в год в среднем на человека, что составляет всего 65 процентов от нормы. Причем в последние годы потребление молочных продуктов в крае падает - тоже ненамного, но стабильно.

Наш край на третьем месте по поголовью овец и коз и по производству баранины и козлятины в России, а по производству мяса птицы - на пятом. Но ни овца, ни курица с уткой, ни даже страус не съест произведенные краем и лежащие пока мертвым грузом миллионы тонн зерна рекордного урожая.

И все же зерно в крае не лишнее. Есть у нас растениеводческого направления хозяйства - и не одно - совершенно не замечающие колебаний зернового рынка как внутри страны, так и за ее пределами. Просто большую часть выращенного зерна здесь превращают в деньги не сразу. Через корову или через свинью. Через молоко, мясо. А некоторые идут дальше, развивая собственную переработку.

Понятно, что есть масса показателей, отрицательно влияющих на отношение сельхозпроизводителей к животноводству: это трудоемко, это затратно, нет специалистов, то, се... Может быть, все эти аргументы имеют право на существование. До того момента, как в очередной раз встанет вопрос: куда девать зерно?

В этом году в хозяйствах края количество заготовленных кормов превышает уровень прошлого года. Для имеющегося скота подготовлены помещения, зимовка ожидается достаточно комфортной.

На одной из последних планерок в минсельхозе края обсуждали эти вопросы, а также говорили о развитии племенного животноводства в регионе.

- В ближайшее время необходимо провести анализ совместной работы со «Ставропольплемом» и представить отчет по деятельности предприятия. А также в короткие сроки подвести итоги реализации поголовья скота в крае, - подчеркнул министр аграрного ведомства Владимир Ситников.

То есть острота вопроса развития животноводства в крае не снижается, об этом постоянно говорят и ситуацию анализируют. А молока в крае производится все меньше, и коров, похоже, намного больше не становится. И помощь от государства ставропольскому животноводству из года в год снижается: если в 2014 году молочной отрасли Ставрополья выделили 306,2 миллиона рублей, то в 2015 году - 266 миллионов, а в 2016 году 251,7 миллиона рублей. В этом году минсельхоз Ставропольского края изменил тенденцию, начав выдавать целевые гранты на развитие молочного животноводства. Однако эта практика увеличила молочное стадо Ставропольского края - и увеличит в будущем - на проценты. Чтобы такое увеличение произошло в разы, нужна не только господдержка, не только административное участие грантами или выговорами - нужно понимание самих сельхозпроизводителей необходимости отходить от практики «зерна для зерна».

Если крестьяне не захотят учесть новые реалии «большого хлеба» - никакие министерства с зерновыми интервенциями, расширением экспорта и оплатой железнодорожных тарифов с рынком не справятся.

Будем хранить зерно годами?

Сергей БОНДАРЕВ.

Номер выпуска: 
Оцените эту статью: 
Средняя: 5 (1 голос)

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос помогает Нам определить, что Вы не спам-бот.
6 + 8 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.