Вы здесь

МАЛ ЗОЛОТНИК И НЕДОРОГ

ПОЧЕМУ ПОМОЩЬ ГОСУДАРСТВА НЕ СПАСАЕТ СТАВРОПОЛЬСКОГО ФЕРМЕРА

За последнее десятилетие в России почти в два раза сократилось число сельскохозяйственных организаций и фермерских хозяйств. Такие данные Всероссийской сельхозпереписи приводит Росстат. Эксперты опасаются, что-то данный процесс чреват монополизацией рынков агрохолдингами, ростом сельской безработицы, а в перспективе - и вовсе исчезновением сельского населения.

Глава КФХ «П. М. Карагезов» - человек на Ставрополье известный. Не только тем, что грамотный хозяйственник, чья работа положительно оценивается на районном и на краевом уровне благодарственными письмами, почетными грамотами, но и своим умением рубить правду-матку в лицо, невзирая на личности. Как ни крути, а офицер в запасе, когда бывших военных не бывает. Разве что они меняют один военный полигон на другой. У Павла Михайловича новой ареной для действий оказалась сельскохозяйственная арена. Вот уж где действительно тактик, маневров, кампаний невпроворот. Хотя цель все та же - поднять престиж и мощь своей державы и обеспечить безопасность ее граждан. Только теперь престиж экономический, а безопасность - продовольственную. Вот такая «Стратегия личностного развития» нашего героя, которая тесно перекликается и с краевыми векторами развития животноводства.

Одна рука дает, другая забирает

Ведь еще в апреле, принимая участие в отчетно-выборном съезде Ассоциации крестьянских (фермерских) хозяйств и кооперативов региона, губернатор Ставропольского края Владимир Владимиров отметил, что на сегодняшний день КФХ производят треть всей сельхозпродукции Ставрополья, и призвал «малышей» активнее включаться в рыночный процесс. Для чего, по официальным данным, в 2019 году на гранты для фермеров в региональном бюджете предусмотрено 700 миллионов руб-лей. Эти деньги должны помочь закупить новое оборудование, транспорт, племенной скот для развития молочного и мясного животноводства.

Вот, казалось бы, все точки сходятся на одной плоскости координат, и дальше только вперед, когда вижу цель - не вижу препятствий! Ан нет!

- Я больше в эти игры с государством не играю. К сожалению, у нас слова расходятся с делом, - с ходу отсекает Павел Михайлович.

И его настрой вполне понятен, если учесть, что на каждый вид господдержки порой приходится собирать огромные кипы документов. У всех ли фермеров есть свои юристы? Отнюдь. Да и, предварительно пройдя все бюрократические круги ада, глава КФХ может натолкнуться на частокол региональных требований. Например, как обеспечивать рост посевных площадей, не допускать снижения урожайности, отчитываться по реализации продукции, о численности работников, выплате зарплаты и многое другое, что делает несвязанную поддержку очень связанной и вынуждает аграриев от нее открещиваться.

- По большому счету получается, что у нас помогают тем, у кого и так все хорошо, а желающие расти и развивать производство - остаются за бортом. Одно время занимался овцеводством, и где-то в 2009 году мне предложили собрать документы, чтобы получить дотацию по данному направлению. Ну, думаю, раз государство пошло навстречу животноводам и дает по 200 рублей на каждую овцематку, отчего нос воротить. Деньги пришли. Но вместе с повесткой из прокуратуры, где требовалось доказать обоснованность получения 120 тысяч рублей. А потом еще три года спустя с этим же вопросом ко мне домой нагрянули сотрудники пятигорского ОБЭП, чтобы проверить всю расходную документацию, - рассказывает о своих первых попытках сыграть в шахматы с государством фермер. Думал, играют на равных. Оказалось - не совсем.

С тех пор Павел Михайлович и предпочитает соло. Хотя и понимает, что без командной игры современную социально-экономическую пропасть не преодолеть. Нынешний фермер - это тот же старик из народной сказки «Репка», когда тянет-потянет, а вытянуть самостоятельно не может. Уж больно глубоко засели корни бедствия.

- Мы такую страну профукали! Все же было свое! Легкая, тяжелая промышленность. Мясо, фрукты, овощи, молоко. А что сейчас? Заходишь в магазин - упаковок много, все яркие, а глянешь на состав и вернешь, где стояло. На качественную продукцию цены не сложишь, а химию пусть дети в школе учат, а не в продуктовой тарелке. Что творим? Коров в селах все меньше, овец тоже почти никто не пасет, даже зерно выращивать стало проблематично. Почему его во время уборки отдают задаром? Потому что хранить негде. Вот и предпочитают аграрии не ждать цены и отдать из-под комбайна, нежели дождь намочит и пшеница сгниет. То же самое и с КРС. Говорят, в стране дефицит молока, когда 25 процентов от потребностей приходится закупать со стороны, и вдруг его производство не выгодно. Ладно, думаю, корова отелилась - теленка под нее, без молока растет 2 года, а так поднимется за полтора. И что? Растишь его месяцами, по колено в навозе и по уши в долгах, а тут приезжает коммерсант, три дня работы и он в шоколаде. Где здесь справедливость? - не скрывает своей боли фермер.

И ведь даже не за себя обидно. А за подрастающее поколение, которое, наблюдая за подобным рыночным перекосом, тоже отнюдь не рвется в сельское хозяйство. Родные дети четы Карагезовых и те недоумевают, чего родители так крепко приросли к земле, когда сегодня есть масса иных возможностей заработать себе на жизнь, не рискуя остаться без штанов. Причем подобная перспектива - отнюдь не образная фигура речи.

Тариф «Грабительский»

Построить свой бизнес и сделать его рентабельным - это абсолютно разные вещи, когда в сельскохозяйственной отрасли страны должна быть отлажена и надежно функционировать многоуровневая поддержка крестьян со стороны властей. И в принципе сегодня на Ставрополье разработан целый ряд профильных программ и подпрограмм, в которых каждый второй аграрий может найти что-то про себя и для себя. Осталось разве что довести эффективность имеющихся механизмов из пункта А в пункт Б до фермерских хозяйств. Однако получить фермерам недорогой кредит сегодня по-прежнему остается серьезной проблемой.

Что само по себе странно, если учесть, что сегодня в крае действует федеральная программа № 1528, согласно которой с 1 января 2017 года сельскохозяйственные товаропроизводители, организации и индивидуальные предприниматели могут получить в одном из уполномоченных минсельхозом России банков краткосрочный или инвестиционный кредит по ставке не более 5 процентов. Возмещение же кредитной организации недополученных доходов происходит напрямую из федерального бюджета.

- Срок действия один год, сумма не больше миллиона. Как нам объяснили на общем собрании сельхозпроизводителей, смысл данного кредита заключается в том, чтобы дать возможность аграриям спокойно подготовиться к новому сезону: закупить семена, запчасти, солярку, удобрения, химию, - рассказывает Павел Карагезов о личном опыте, который не стоит особняком, а лишь дополняет истории других краевых аграриев. Говорит, что, может, и перетерпел бы, но «прижало» так, что...

- Вижу, мясо не востребовано, молоко не востребовано, шерсть и шкура овец тоже никому не нужны. Дай, думаю, растениеводством займусь. Вот и подал в феврале 2018 года заявку на участие в программе. До июля протянули время, а потом банк прислал отказ, мол, под 5 процентов по программе не проходите, зато под 18 процентов - деньги появятся уже завтра. Удивился, конечно, но погрешил на то, что неправильно оформил документы, - делится наш собеседник.

В нынешнем году он снова подал документы в тот же банк и снова получил отказ.

- Уже тогда хотел плюнуть на это дело, зачем людей обнадеживать, заставлять их собирать кипы документов, чтобы потом без каких-либо объяснений ничего не дать. Но коллеги посоветовали обратиться другой банк, также участвующий в программе льготного кредитования. И там воз вроде бы сдвинулся с места. Потом из Москвы звонят и уточняют: «Берете же на три года?» Но как на три, если в условии федеральной программы четко прописано, что ровно через год я должен вернуть всю сумму. Возвращаюсь в банк к менеджеру, где мне поясняют, что продлили срок, чтобы платеж был меньше. Я снова указываю им на документ, когда процент у нас фиксированный! С горем пополам переделали договор. Деньги, правда, быстро на счет перечислили, я в течение недели купил удобрения, солярку на следующий год, так 50 тысяч рублей с полумиллиона и потратил. А через месяц освободился пораньше с работы и решил сходить в банк, чтобы оплатить процент и заодно забрать график платежей, который мне не предоставили, - с улыбкой рассказывает Павел Михайлович.

Но это сегодня он улыбается. В мае же ему было не до смеха, стоило в графе «итого к оплате» увидеть цифру в... 45 тысяч рублей!

- Я им ничего не сказал. Но дома с женой сели, подумали, продали корову перекупщикам и отнесли деньги в банк с тем, чтобы полностью закрыть кредит и счет. Все-таки не привык я к таким финансовым играм. Ведь это было что угодно, но не та программа, которую нам рекламировали и на которую я шел. Ну, на кой ляд вы бы мне сдались, если бы у меня свои 50 тысяч были? А самое обидное, что и минсельхоз не проявляет никакой заинтересованности в разрешении подобных ситуаций, не интересуется, почему фермер берет 500 тысяч рублей на развитие, тратит 50 тысяч и тут же их возвращает! Честно, думал, животноводство - неблагодарное дело, решил заняться растениеводством. И что в сухом остатке? Раньше и денег не было, но сытый ходил и никому ничего не должен был, а тут же и денег по-прежнему нет, но и за 4 года почти миллион рублей долга, - приводит житейский парадокс наш собеседник.

Сарай по цене пентхауса

Впрочем, как следует дальше из нашей беседы, в жизни современного хозяйственника подобных каламбуров на каждом шагу хватает. Кредиты, проверки, нехватка рабочих кадров, дорогостоящая техника при небольших размерах пастбищ - это лишь вершина айсберга, когда фундамент зиждется на прошедшей в 2015 году переоценке кадастровой стоимости имущества. Напомним, что согласно изменениям в федеральном законодательстве налог теперь исчисляется исходя не из инвентаризационной, а из кадастровой стоимости земли. И все бы ничего, но кадастровая стоимость земли стала даже выше рыночной!

- Видите, вон там моя постройка, - указывает Павел Карагезов на ветхую сараюшку 1975 года строения. Учитывая, что ежегодно амортизация здания «съедает» от его первоначального вида 2, 5 процента, по идее, спустя сорок лет оно должно либо развалиться, либо его остаточная стоимость резко стремиться к нулю, но...Как рассказывает сам П. Карагезов, если в 2015 году инвентарная стоимость постройки составлял 36 тысяч рублей, после переоценки ее стоимость возросла аж... до 22 миллионов рублей!

- В 2017 году я заплатил 25 тысяч рублей, в прошлом году в налоговом извещении была указана сумма 45 тысяч рублей. На данный момент от данных выплат мы освобождены в силу того, что здание используется для производственных нужд, когда мы и без того платим налоги с продукции. Но это ружье, которое по закону жанра в любой момент выстрелить. Например, изменится налоговое законодательство, я прекращу фермерскую деятельность, и что тогда? Ежегодно платить 280 тысяч рублей за руины по цене замка? Обратился за консультацией к юристам, они говорят, что данную проблему можно решить через суд. Но опять-таки: независимая экспертиза 120 - 150 тысяч рублей, адвокатские услуги - 30 тысяч рублей. И скорее всего, я бы пошел на эти траты, но в 2020 году грядет новая кадастровая переоценка. И тогда все заново начинать? Я понимаю, что государство хочет навести порядок в землепользовании, это нужная и своевременная мера, но исполнение получилось никудышное, ведь снова крайними остаются добропорядочные арендаторы и землепользователи. А все потому, что мы изначально даем лазейки для превышения полномочий, когда, заключая договор с оценщиком, законодатель сразу оговаривает, что эксперт не обязан ходить по судам и давать обоснование своих выводов, откуда взял такую цену. Вот и получается, что земля в засушливой восточной зоне стоит дороже, нежели на КМВ! Но если мнение эксперта верно по умолчанию, что ж, я готов продать свое строение даже за половину обозначенной цены. Только вот покупатели в очередь не выстраиваются за сараем по цене дворца, - недоумевает фермер.

Контролировать нужно не фермера, а то, как ему помогают

И вообще Павел Карагезов уверен, что фермерство, равно как мелкое и среднее сельское предпринимательство, нельзя развивать точечно. Надо увязывать программы фермеров с развитием территории, района. И если дали грант на развитие сельского подворья, неважно, идет речь о животноводстве, производстве овощей, фруктов, то крайне важно, чтобы рядом появился хотя бы небольшой цех по переработке или заготовительные конторы. Нет, это не пережиток советского времени, скорее реальные потребности дня сегодняшнего.

Ведь как ни крути, а с логистикой существуют серьезные проблемы, и множество крестьянских фермерских хозяйств находятся в отдалении не только от перерабатывающих заводов, но даже от благоустроенных дорог, по которым можно было бы быстро и легко транспортировать продукцию, минуя посредников и удешевляя тем самым стоимость продукции.

- Сколько лет мы говорим о возрождении хорошо забытого старого - о возврате к системе заготовительных контор, пусть не в том виде, что существовали в советское время, но с одной обязательной функцией: закупать у всех сельхозпроизводителей их продукцию по приемлемой для крестьян цене. Ведь это дело выгодное со всех сторон. Например, сельхозпроизводитель четко бы знал, не только куда, что и за сколько продаст, но и мог бы работать на перспективу, наращивая производство в востребованной области, а не наобум. Выиграл бы и потребитель, получая на стол всегда качественную и свежую продукцию. И любая копейка работала бы на бюджет края, района, на местный бюджет.

Знаете, когда я принимал присягу, я очень гордился своей страной. Не променяю ее ни на какую другую и сегодня. Мне радостно за свое Отечество, которое не просто укрепляет свои границы, но и отстаивает свое право быть такими, какие мы есть. Другое дело, что можем быть лучше и экономически сильнее. Тем более что для этого уже есть мудрые программы, их серьезное финансирование. Дело осталось лишь за грамотным исполнением своим функциональных обязанностей на всей вертикали власти, когда контролировать нужно не нас, контролировать нужно, как помогают нам, не искажается ли закон, не превращается ли вместо спасательного круга в удавку для фермера. Будет это - и вот тогда прорыв нам гарантирован, - уверен Павел Карагезов.

Марина КАНДРАШКИНА.

Номер выпуска: 
Оцените эту статью: 
Голосов еще нет

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос помогает Нам определить, что Вы не спам-бот.
5 + 5 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.