Вы здесь

ТЫ ВИНОВАТА УЖ ТЕМ, ЧТО КАПИТАН ПОЛИЦИИ?

От полиции мы все ждем защиты. А если человек в погонах объявляется во всеуслышание причиной гибели одного из нас? Тем более что этот один из нас - достаточно хорошо известный в городе и заслуженный человек.

Заголовок в известной своей предвзятостью и лихостью оценок газете «Открытая» «Капитан полиции убила врача» с однозначно обвинительным (до суда!) негодующим текстом как раз и оказался этим самым объявлением капитана полиции изначально виноватым. Тем более, там было красочно рассказано, что «человек умер в результате нападения на него разъяренной женщины», в которую «словно дьявол вселился», оказался «в завихрении чужой озлобленности», «убийца» не вызвала «скорую», это сделали другие, не попыталась оказать помощь пострадавшему. Зато «продолжавшая бушевать негодяйка» вызвонила какого-то «крутого» знакомого и с ним уехала, не дождавшись «скорой».

То есть общественности явили весь «букет» скотства, которым отличаются отдельные сильные мира сего, и для которых народ - быдло. Хотя на самом деле - и это потом будет подтверждено в суде, в «скорую» дозвонилась именно капитан полиции, а не поднимала пострадавшего и уехала до приезда врачей только по причине плохого самочувствия и беременности. Никакого подтверждения того, что она «бушевала» на месте происшествия, в суде не было.

Статья не просто живописала в черном свете капитана полиции. Автор - а это была главный редактор газеты Л. Леонтьева - требовала незамедлительной расправы над ним и, по сути, беспардонно давила на следствие?

Результатом именно такого давления и предвзятого формирования общественного мнения, как считает сама обвиняемая, и стал обвинительный приговор суда. Который не захотел особо разбираться и пошел в русле предложенной «общественным мнением» примитивной версии плохого полицейского и хорошего врача.

Преступление или несчастный случай?

Громкое это происшествие случилось еще 14 марта прошлого года. 33-летняя И. Алексеева - а именно она являлась на тот момент капитаном полиции и служила в аппарате ГУВД старшим инспектором по административному надзору за участковыми - отъезжала на своей личной машине задом с парковки. Через пешеходную зону, так по-дурацки в том месте у дома на улице Мира, 334, в Ставрополе со стороны улицы Льва Толстого устроена парковка. Проходивший мимо, долгое время проработавший главным врачом краевого наркодиспансера и хорошо известный в Ставрополе, 72-летний пенсионер Н. Чистяков, видимо, решил ее повоспитывать. За ним, как потом покажут свидетели на суде, это водилось и ранее. Остановил, сам открыл ее водительскую дверь. Все кончилось тем, что он то ли сам оступился и упал, то ли его толкнула вставшая из-за руля Алексеева. В результате Чистяков ударился головой об асфальт, получил тяжелейшую черепно-мозговую травму и через 17 дней скончался в больнице.

Суд посчитал, что причиной падения был именно толчок Алексеевой, назвал ее действия умышленными и признал виновной в совершении преступления по части 1 статьи 109 Уголовного кодекса - причинение смерти по неосторожности. Приговор - ограничение свободы на 1 год и 4 месяца. В порядке возмещения морального вреда с Алексеевой взыскано в пользу потерпевшей - дочери Чистякова  - 500 тысяч рублей.

Защита Алексеевой приговор обжаловала. Она утверждает, что в данном случае имеет место быть несчастный случай - казус, связанный с противоправным поведением самого потерпевшего, и защитой обвиняемой путем отстранения потерпевшего от себя. Речь не об умысле, а о возникновении неожиданной ситуации. К ней Алексеева была не готова, и единственно правильным выходом для нее было отстранить потерпевшего. Так что все произошедшее - несчастный случай. Приведший, к большому сожалению самой обвиняемой, к таким трагическим последствиям.

И, как это не покажется странным всем изначально убежденным в виновности капитанов полиции, к этому есть все основания.

Странное толкование правовой нормы

Вчитаемся в комментарии к статье 109 УК.

Уголовное право отличает причинение смерти по неосторожности от невиновного причинения смерти, которое не подпадает под данную статью. Это когда лицо:

а) не предвидело возможности наступления смерти потерпевшего от своих действий (бездействия) и по обстоятельствам дела не должно было или не могло их предвидеть; б) хотя и предвидело возможность причинения смерти, но не могло этого предотвратить в силу несоответствия своих психофизических качеств требованиям экстремальных условий или нервно-психическим перегрузкам.

Следствие, а затем и суд посчитали, что в данном случае имеет место быть именно причинение смерти по неосторожности, а не невиновное причинение смерти. Значит, по логике вышеприведенного комментария, Алексеева и предвидела возможность наступления смерти Чистякова от своего толчка, и не могла ее предотвратить. Именно поэтому действия Алексеевой квалифицированы как умышленные.

А вот как раз эта формулировка вызывает очень большие сомнения. Раз умысел, то Алексеева должна была сознательно приехать именно на это место - на парковку у дома по улице Мира, 334. Что не подтверждено судом, и чего не было на самом деле. Она остановилась там случайно, так как во время движения почувствовала себя плохо. Была не совсем здорова - лежала в то время в четвертой городской больнице на сохранении со сроком беременности 12-13 недель - и выехала в диагностический центр за результатами анализов. Раз умысел, то она должна была сознательно дождаться подхода к машине потерпевшего Чистякова или по меньшей мере знать о том, что он будет проходить именно там, и ждать его. Ничего подобного суд не установил, и даже не пытался установить. На самом деле, и это подтверждено свидетелями в суде, именно Чистяков сам подошел к машине Алексеевой в момент, когда она уже отъезжала, и остановил, принявшись что-то объяснять. Раз умысел, то она должна была опять же сознательно выйти из машины и толкнуть его. Свидетели же говорят о том, что выход ее из машины стал ответом на длительное «воспитание» ее Чистяковым.

Так что умысел - абсолютно не доказан. Ни одно действие Алексеевой не показывает на ее умысел. Тогда почему же формулировка «умышленными действиями совершила причинение смерти по неосторожности» присутствует в обвинительном приговоре и является, по сути, его основанием?

Вообще, навешивание умысла на действия Алексеевой в рамках данной статьи выглядит как-то странно. Уголовное право - вернемся к комментариям к статье 109 УК - говорит только о том, что причинение смерти по неосторожности возможно как по легкомыслию, так и по небрежности. Про умысел - ничего. Если умысел, то это уже убийство или хотя бы покушение на убийство. Но так действия Алексеевой даже изначально не квалифицированы. Да их тут, как говорится, и днем с фонарем не найдешь. Так зачем же было суду буквально на пустом месте формулировать умысел?

Свидетелям суд поверил, не глядя...

Второй момент - доказательная база. Все обвинение, по сути, построено на показаниях двух свидетелей - М. Правоторовой и И. Осадчук. Они работают продавцами в соседнем цветочном магазине, вышли в тот момент покурить и, вроде, все видели.

Как раз они в один голос утверждают, что именно Чистяков подошел к машине Алексеевой, остановил ее движение и открыл водительскую дверь. И они же показали, что он упал именно от толчка Алексеевой двумя руками в грудь. Да так, что аж ноги вверх задрались. Значит, толчок был очень сильным. Алексеева же утверждает, что он попятился, когда она вышла из машины, споткнулся и упал. Толчок и лег в основание приговора.

Но вот что странно: ни следствие, ни суд даже не попытались проверить показания свидетельниц. В деле нет схемы происшедшего, не проводился следственный эксперимент, чтобы установить, как все происходило на самом деле и правду ли говорят свидетели. Осмотр места происшествия сделан поверхностно, в протоколе осмотра не указаны неровности, в частности, провалившийся люк. В приговоре даже не указана марка автомобиля Алексеевой. А ведь это крайне важно, без всего этого невозможно установить истину. Почему? Алексеева показывает на суде, что она сначала стояла параллельно проезжей части, а когда выезжала с парковки, то стала выворачивать руль вправо, чтобы объехать другую машину. Но если руль при движении выворачивался вправо, то машина уже через пару метров такого движения станет перпендикулярно проезжей части или хотя бы под углом к ней. И свидетели, находящиеся на крыльце магазина опять же справа от машины на расстоянии 10-15 метров, как они говорят, просто не могли видеть момента толчка Чистякова Алексеевой. Машина попросту закрывала им обзор левой водительской двери, у которой все и происходило. Алексеева фактически находилась к ним спиной. И тем более не могли видеть, если машина высокая, если джип или «паркетник», так что марка - важна.

Определение точного места расположения автомобиля помогло бы понять и то, от толчка упал Чистяков или сам споткнулся. На парковке до сих пор есть углубленный люк, о который как раз и можно споткнуться.

К тому же в ходе эксперимента можно было убедиться в правдивости показаний свидетелей в той части, что они не слышали слов Чистякова в адрес Алексеевой и ее в его адрес. Не слышали их пререканий. Стояли на крыльце фактически рядом, курили и ничего не слышали? Слов - не слышали, а толчок - видели? Это, по меньшей мере, странно.

Я совсем не хочу сказать, что подозреваю Правоторову и Осадчук в лжесвидетельствовании. Просто история знает немало случаев, когда очевидцы додумывают детали происшедшего и потом подают свой же вымысел за истину. Тем более что они, по их же показаниям на суде, знали Чистякова как покупателя, и жалость к знакомому «дедуле» могла сформировать благоприятные для него показания.

...а от показаний капитана полиции отмахнулся

Давайте еще раз вчитаемся в показания Алексеевой на суде. Возвращаясь из диагностического центра, почувствовала себя плохо. Свернула с улицы Мира на Льва Толстого и остановилась в первом же парковочном кармане. Переждала накатившуюся слабость, затем вышла, чтобы чуть пройтись по свежему воздуху. По возвращении села за руль и стала выезжать с парковки задним ходом. Услышала стук по машине и нажала на тормоз - испугалась, что могла на кого-то наехать. Парковка здесь устроена так, что выезжать приходится через пешеходную зону. Увидела пожилого мужчину, который стучал по машине, жестикулировал и что-то говорил. Что - она не расслышала, так как окна были закрыты. Мужчина открыл ее водительскую дверь, и тогда она поняла, что он кричал о ее неправильной парковке. Он наклонился к ней, продолжал наседать и махать руками, она почувствовала запах спиртного. Более того, задел ее за живот. Ей стало больно. Она испугалась за ребенка. Попыталась отгородиться от навязчивого прохожего: выставила вперед руки. Тот не отходил, и продолжал «воспитывать». В конце концов, она встала и начала выходить из машины. Он в этот момент отшатнулся, шагнул назад и упал, ударился спиной и головой об асфальт.

Из всего этого видно, что Алексеева была шокирована и напугана. К этому были основания? Самые непосредственные. Женщина - плохо себя чувствует, ей противопоказано любое волнение, она беспокоится о будущем ребенке, а тут мужчина стучит по машине и еще вдобавок открывает водительскую дверь, кричит и дышит перегаром?

Но вот что странно. Суд принимает показания свидетелей, что Алексеева толкнула Чистякова, но не замечает их же показания, что он сам открыл ее дверь. Показание же Алексеевой, что он стал на нее кричать, вообще не опровергнуто. То есть налицо картина, когда Алексеева предпринимала действия, направленные на самозащиту, а не на желание причинить Чистякову боль. Но если и был толчок, что отрицает Алексеева, то его ведь можно расценить и как невольное рефлекторное движение в ответ на приставание неизвестного человека, который произошел вне сознания и не выражает волю. То самое состояние аффекта, которое, будь установленным, не влечет за собой наказание. Поскольку не образовывает действие как признак объективной стороны преступления. Это лишь реакция на неадекватное поведение.

Момент второй - запах алкоголя от Чистякова. Свидетельница Осадчук подтвердила это в суде. То же сообщил суду и свидетель В. Просянов, врач скорой помощи. Об этом есть даже запись с вопросом в карте вызова. Однако суд данное обстоятельство почему-то проигнорировал. А ведь оно очень важно, и важно именно для определения того, было ли действие Алексеевой самозащитой.

Был ли толчок

По большому счету, все в обвинении стоит на том, был ли толчок, или Чистяков сам начал пятиться и упал?

Свидетель Осадчук показала, что Чистяков после толчка Алексеевой «как стоял так и упал». И подтверждает это после уточняющего вопроса защиты. Свидетель Правоторова же говорит, что после толчка отлетел на несколько метров и упал. Вообще-то в такое, что женщина в положении и при плохом самочувствии отталкивает взрослого человека так, что он отлетает на несколько метров, верится с трудом. Тут явно придумано, что называется, на ходу.

Но одно ясно: показания якобы очевидцев расходятся. В этом случае по закону они не должны ложиться в основу приговора. Но именно они и ложатся. Показания же самой Алексеевой, что она не толкала Чистякова, и которые единственные должны были быть приняты судом в случае такого противоречия, игнорируются.

Эксперт Бюро судебно-медицинской экспертизы вынес заключение, что открытая непроникающая черепно-мозговая травма, от которой скончался Чистяков, получена «в результате падения и соударения правой теменно-височной области о твердое покрытие. Данное падение могло произойти как в результате предшествующего ускорения в результате толчка руками в грудь Чистякова, так и при самопроизвольном его падении при движении назад с последующей фиксацией стопы о бордюр или иной выступающий предмет. Более того, механизм образования открытой непроникающей черепно-мозговой травмы может быть установлен только следственным путем».

То есть эксперт однозначного заключения, позволяющего определить вину Алексеевой, не дал. Или от ее толчка упал, или от того, что отшатнулся и зацепился ногой. Другой специалист, представленный стороной защиты, сделал заключение, что ускорением при падении могло явиться самопроизвольное падение при движении назад с фиксацией стопы о бордюр или иной выступающий предмет. То есть это мог быть тот самый проваленный люк, который на месте происшествия имеется.

Защита в этой связи ходатайствовала о возвращении уголовного дела прокурору и о назначении дополнительной экспертизы, в ходе которой как раз и можно проверить высказанное выше предположение. Суд ходатайство не удовлетворил. Ему, похоже, все было ясно из «общественного мнения».

Проверки на дорогах – дело полиции

Хочется надеяться, что суд апелляционной инстанции ответит на все поставленные здесь вопросы и снимет все сомнения.

Одно ясно уже сегодня. Попытки активных, типа Чистякова, граждан наводить порядок на дорогах или парковках ни к чему хорошему не приводят.

Конечно, мы все - пешеходы, и почти все - автомобилисты. Когда мы идем, то ругаем тех, кто за рулем. И в том числе - за неумение парковаться. Когда едем - ругаем пешеходов, и в том числе за то, что шмыгают под колесами, мешают парковаться.

Но ругать, брюзжать - одно, вмешиваться в движение - совсем другое. Вмешиваться в движение имеет право только инспектор ГИБДД. Иначе возможен нелепый, без всякого сомнения, трагический для обеих сторон, случай.

Как вышеописанный. Ведь и смерть человека - трагедия, и трагедия - осуждение с ограничением свободы женщины, имеющей на руках двух малолетних детей.

Александр ЕМЦОВ.

Номер выпуска: 
Оцените эту статью: 
Средняя: 4.7 (40 голосов)

Комментарии

Да если бы к моей супруги в машину влез чужой мужик Я бы сам потом нашел и прикончил

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос помогает Нам определить, что Вы не спам-бот.
12 + 4 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.