Вы здесь

ШАНС НА ЖИЗНЬ: ОТ ЧЕЛОВЕКА К ЧЕЛОВЕКУ

Трансплантология - одна из самых дерзких областей медицины, а специалистам этой сферы не привыкать шокировать публику. И двести лет назад, когда было сделано первое переливание крови, и спустя полтора века, когда в городе Кейптаун (ЮАР) пересадили человеческое сердце, и сегодня, когда проводятся даже мультиорганные пересадки - то есть человеку пересаживают несколько донорских органов - такие операции непременно вызывают у современников и шок, и восторг одновременно. Но главное достижение трансплантологии - для многих смертельно больных людей она стала единственным шансом на жизнь. Иногда на совсем другую жизнь, новую.

Эпохальное событие

Количество трансплантаций донорских органов в России растет из года в год. И если десять лет назад подобных операций в нашей стране делали чуть более 600, то сегодня эта цифра приближается к двум тысячам. Количество операций по пересадке печени и почки, по трансплантации сердца и легких выросло в несколько раз. Свою лепту в это достижение современной мировой медицины, которое спасает тысячи жизней, вносит теперь и наш регион. Почти год назад в Ставропольской краевой клинической больнице было открыто первое на Северном Кавказе отделение трансплантации органов.

«Пересадка органа на территории любого субъекта РФ - это, не побоюсь этих слов, событие эпохальное. Это приглашение в элитный закрытый медицинский клуб страны, - говорит главный врач краевой больницы Ростислав Можейко. - Объясню почему. Трансплантология - это совершенно другие требования к хирургии, к уровню врачей и мультидисциплинарной бригады, к уровню отделения.

Хочу отметить, что наше новое отделение, где проходит пересадка органов, уникальное. Внешне - это герметичная капсула, встроенная в стены здания больницы. Там своя особая система вентиляции и стерилизации воздуха, своя реанимация, специальные боксы, в которых находятся пациенты после пересадки органов. Сами боксы оборудованы таким образом, чтобы максимально ограничить пациента от различных инфекций.

Меньше чем за год наши специалисты провели пять трансплантаций: четыре почки и печень. Может, кому-то эти цифры и покажутся ничтожно малыми. Но в трансплантологии не берут количеством, здесь берут качеством. Хирургический аспект, то есть сама пересадка, не самая сложная часть трансплантации. Самое сложное - это подбор пары «донор - реципиент». Поэтому важно не пересаживать орган каждую неделю, главное другое - его нужно правильно подобрать, чтобы не потерять. У нас и так в стране катастрофическая нехватка донорского материала. Слава Богу, все прошло успешно, почки и печень прижились, нормально функционируют. Пятеро наших земляков получили шанс вернуться к нормальной, активной жизни. Это заслуга практически всех подразделений краевой больницы. Мне легче назвать отделения, которые не задействованы в пересадке органов, чем те, которые участвуют в этой колоссальной работе».

Как отметил Ростислав Можейко, «молодое» хирургическое отделение, рассчитанное на 25 коек, занимается не только трансплантацией и донорством органов. Там проводят операции по направлениям абдоминальная, торакальная и урологическая хирургия.

Шаг за шагом к пересадке сердца

Конечно, нашим медикам предстоит достаточно серьезный путь интеграции в общероссийскую систему донорства. Но и сегодня уже с уверенностью можно говорить, что медицина трансплантологии в крае заработала. Как производится сегодня пересадка органов? Кому она в настоящее время делается? Кто может стать донором? Как формируется лист ожидания реципиентов для пересадки и что такое «презумпция согласия» по-русски? Об этом «Ставропольские ведомости» беседуют с заведующим хирургическим отделением, к.м.н., врачом-урологом высшей квалификационной категории, главным внештатным трансплантологом минздрава СК Сергеем Толчановым.

- Сергей Александрович, насколько актуальны для Ставрополья операции по пересадке органов? Сколько сейчас жителей края нуждаются в трансплантации?

- Достаточно много ставропольцев нуждаются в замене того или иного органа. И это касается не только жителей нашего региона, увеличение таких пациентов наблюдается во всем мире. Это связано с тем, что уровень медицины сегодня достаточно высок, что позволяет оказывать больным высококвалифицированную медицинскую помощь, тем самым сохраняя жизнь.

Сегодня почти 1100 наших земляков имеют серьезные заболевания почек и находятся на диализе. А по статистике, почти 20 процентов пациентов, которые получают такую замещающую терапию, нуждаются в пересадке. Но и здесь мы не всем можем помочь. Практически всегда больные с почечной недостаточностью - инвалиды 1-й группы. И зачастую у них есть сопутствующие заболевания. А если у человека есть проблемы с сердечно-сосудистой системой, какие-то хронические или онкологические заболевания, то трансплантация противопоказана. Прием иммунопрепаратов, которые после пересадки пожизненно назначаются пациентам, приведет, например, у онкобольного к увеличению злокачественного образования и разрастанию метастаз.

Достаточно много человек в крае нуждаются в пересадке печени и сердца. И если трансплантация почки - это улучшение качества жизни пациента, то трансплантация печени и сердца - это спасение жизни. Люди, дожидаясь донорской почки, могут находиться дома, приезжая несколько раз в неделю в медучреждение на гемодиализ. Больные, которым требуется пересадка сердца или печени, очень часто дожидаются органа в реанимации.

- В каких случаях проводится пересадка органов и большая ли на них очередь?

- Пересадка проводится только в том случае, когда другие медицинские методы спасти пациента не могут. Понятия очереди на трансплантацию нет. Есть лист ожидания - это такой генетический паспорт человека. Больному делается пересадка, когда появляется подходящий ему орган. Доноров не хватает, и пациент может находиться в листе ожидания годами...

- Наверное, не совсем этичный вопрос, но все-таки... А не дожидаются многие?

- Многие. И причин здесь несколько. Как я уже говорил, не всем возможно пересадить орган из-за сопутствующих заболеваний. А еще, и это главное, в России очень маленькое количество определяемых доноров - три на один миллион человек. Например, в Белоруссии - 10 доноров на миллион. И это очень хороший результат. В мировых лидерах Испания, там количество доноров составляет 50 на миллион человек. (В 1994 году семилетний американец Николас Грин вместе с родителями путешествовал по Италии. В Калабрии на их автомобиль напали грабители. Пуля преступников попала в голову маленького Николаса. Мальчик впал в кому. Через два дня итальянские врачи поставили ему диагноз «смерть головного мозга». Родители Николаса дали согласие на использование органов сына для пересадки нуждающимся. Семь безнадежно больных людей в разных концах Италии были спасены. Эта история изменила сознание целого народа. Количество трансплантаций органов в стране утроилось. Но не только в Италии, во всем мире, в том числе и в Испании - Прим. авт.)

Также орган должен абсолютно подходить больному, ведь его нельзя подогнать по размеру, как костюм. Конечно, идеальная пара «донор - реципиент» - это однояйцевые близнецы, там и проверять особо ничего не нужно. Кстати, одна из первых операций по пересадке органов была проведена как раз братьям-близнецам. Удивительно, но пересаженный орган «прослужил» человеку почти 40 лет.

Еще одна из сложностей - ограниченные сроки хранения органов. Дольше всего можно хранить почки - до 24 часов. Спустя сутки после изъятия они становятся функционально недееспособными. Печень нужно успеть трансплантировать за 12 часов. Но сложнее всего с сердцем - его нужно успеть пересадить за четыре часа после остановки кровообращения.

- В прошлом году в вашем отделении было пересажено четыре почки. Три из них - это родственное донорство. Как подбираются пациенты для операции?

- Действительно, три из четырех операций, которые мы провели в прошлом году, были с использованием родственных органов. Сестра отдала почку брату. Еще две - матери стали донорами для своих детей. Все наши реципиенты находились в листе ожидания. Им был проведен кросс-матч-тест, то есть исследование на совместимость почти по сорока позициям. А затем, по результатам теста, медицинская комиссия дала заключение о возможности трансплантации. Хочу отметить, что родственная трансплантация - это все-таки единичные случаи. Везде работают с трупным донорством - этот вид приоритетен во всем мире. Вот и четвертая почка была пересажена от человека, которому врачи констатировали смерть мозга. В России, согласно приказу минздрава РФ, смерть мозга означает смерть человека. Но благодаря аппаратам искусственного кровообращения или искусственной вентиляции легких работу других органов какое-то время можно поддерживать даже при умершем мозге. За это время, главное - чтобы билось сердце, можно забирать органы умершего, с тем чтобы они вновь заработали в организме другого человека.

Мы получили информацию, что в другом городе есть почка, которую можно пересадить. В листе ожидания были две девушки, которые по параметрам подходили для трансплантации. После проведенных кросс-матч-тестов оказалось, что у одной из девушек появились антитела, то есть стало понятно, что пересаженный орган будет отторгнут, а у второй пациентки совместимость произошла. Почку на самолете привезли наши коллеги в специальном контейнере во льду, вернее в ледяном растворе. Операция прошла успешно.

- Сергей Александрович, а кто может стать донором?

- Если говорить о родственном донорстве, то в принципе им может стать любой абсолютно здоровый человек, главное, чтобы были пройдены все тесты на совместимость. Что касается трупного донорства, то в России действует презумпция согласия. Согласно закону, если человек при жизни не заявил о том, что не желает быть посмертным донором органов, то он становится им автоматически. В Ставропольской краевой больнице также происходит забор органов. Но, несмотря на то, что закон на нашей стороне, мы все-таки стараемся получить разрешения у родственников. Приходится и уговаривать, и убеждать. Говорим, что заболеть может каждый, причем настолько серьезно, что единственным способом спасения окажется пересадка органа. Что каждый из нас в сложной ситуации надеется на помощь медиков, в том числе и на помощь трансплантологов. Конечно, если родственники категорически против, то мы изъятие не проводим. Но такое все-таки бывает нечасто. Кстати, за последнее время мы провели забор четырех почек и печень умершего человека. Наши ставропольские органы были отправлены в Москву, где их удачно пересадили жителям других регионов.

- А как прошла пока единственная операция по пересадке печени?

- На помощь в проведении первой операции к нам приезжал наш земляк, руководитель Центра хирургии и трансплантологии им. А.И. Бурназяна, профессор Сергей Васканян. Пересадка была родственная, печень пересаживали от сестры к сестре. Этот орган проще подобрать, нужно меньше анализов, но пересадка печени в трансплантологии считается одной из самых непростых. Сложность в том, что нужно рассчитать и выполнить хирургию таким образом, чтобы части печени, которая остается у донора, а это примерно половина, хватило для нормальной жизнедеятельности. Поэтому при пересадке все время используется ультразвуковая диагностика. Специальный датчик УЗИ постоянно работает в ране. (Рана - это так хирурги называют оперируемую область. - Прим. авт.) Также в печени много сосудов и артерий, которые нужно пришить очень тонкими нитками. И если кардиологи высочайшего уровня пришивают сердце за 35 минут, то печень - это многочасовая сложная операция. Девушек уже выписали домой. Сестра-донор уехала в Москву, она живет в столице. Дома и реципиент. Одним словом, первая ступень пройдена успешно, и мы будем дальше двигаться в этом направлении.

- Насколько велик риск отторжения пересаженного органа?

- У нас, слава Богу, таких случаев не было, но, согласно общероссийской статистике, риск минимальный. Конечно, орган в любом случае подвергается иммунной атаке организма. Но серьезнейшая подготовка реципиента и те лекарственные препараты, которые наши пациенты затем принимают пожизненно, практически исключают отторжение.

- Сергей Готье, главный трансплантолог минздрава России, в одном интервью говорил, что одна трансплантация оценивается примерно в один-полтора миллиона рублей со всеми расходами.
У нас так же?

- Да, примерно. В любом случае операция по трансплантации экономически выгоднее, чем многолетнее лечение пациента, например, с заболеванием почек. Стоимость каждого диализа, дорогостоящие лекарство, обследования... Все это выливается ежегодно в огромную сумму. А если такому пациенту сегодня пересадят почку, он завтра будет нуждаться только в лекарствах, которые будет оплачивать государство. В США реципиент получает препараты бесплатно только три года, затем финансовое бремя ложится на него самого. У нас в России для пациента, которому был пересажен орган, лекарства бесплатны пожизненно.

- Почему-то бытует мнение, что человек после операции превращается в глубокого инвалида, да и не живут такие пациенты долго...

- Это не так. Большинство ведут обычную жизнь, работают, путешествуют, заводят семьи и детей. Распорядок дня отличается лишь необходимостью регулярного приема специальных лекарств. В первый год - это достаточно много лекарств. Затем дозировка существенно снижается. А в среднем после пересадки орган функционирует 10 лет. Потом нужно опять обращаться к нам и становиться в лист ожидания на трансплантацию.

- И все же отношение к посмертному донорству органов остается в большинстве своем негативным. Можно ли как-то переломить сознание людей?

- В 2015 году, когда я приехал в Центр трансплантологии имени академика В.И. Шумакова, увидел плакат, на котором изображены девочка, мусорная корзина и надпись: «Подумай, кому достанутся твои органы». Знаете, производит сильное впечатление.

Если задуматься: человек умер, его похоронили, и все. А если стать донором, то твои органы могут спасти кому-то жизнь. И у этих спасенных людей могут родиться дети, внуки, потом появятся правнуки... Всего один орган, а какая цепочка образовалась, на столетия вперед. Кстати, один человек может спасти семь жизней. Две почки, поджелудочная железа, сердце, печень, два легких... Всего один человек, а дальше еще семь живут.

Кстати, в Центре трансплантологии Шумакова учреждена награда донорам органов в знак благодарности. Ежегодно им вручают дипломы и памятные нагрудные знаки с надписью «Дарящему часть себя». (Уже несколько лет подряд в Москве или Санкт-Петербурге проходят необычные футбольные матчи. На поле встречаются люди с пересаженными органами, их доноры и медики. Матчи проходят в рамках благотворительной акции «Люди ради людей», цель которой - развитие трансплантологии в России, а также возможность доказать и убедить людей в важности развития трансплантологии, в том, что зачастую это единственная возможность для тысяч людей получить вторую жизнь. - Прим. авт.)

Возможно, дело и в «черных трансплантологах», сообщения о которых в большинстве своем - миф. Поймите, пересадка органов совсем не та область, где возможны такие вещи. Во-первых, работа трансплантологов регламентирована от «а» до «я» законом, во-вторых, такие сложные операции невозможно выполнить без большой команды специалистов и лаборатории. Посудите сами: на последней трансплантации почки работало несколько десятков человек. Это не только хирурги, но и врачи-анестезиологи, нефрологи, лаборанты, операционные медсестры...

- Сергей Александрович, вот так шаг за шагом вы постепенно приближаетесь к пересадке сердца?

- Да. Эта операция запланирована у нас на 2020 год, но подготовку мы уже начали. Сегодня формируется лист ожидания, кардиохирурги будут отправлены на обучение. В общем, работы хватает. Сердце ведь можно пересадить только от мертвого донора. А ведь были случаи в общемировой практике, когда люди были готовы пожертвовать своей жизнью ради спасения близких. Конечно, всем было отказано, но поступок достоин уважения. Также мы рассматриваем возможность трансплантации легких и поджелудочной железы. Нужно сказать, что это довольно редкий вид трансплантации, но тем не менее его успешно проводят. Задумываемся и о детской трансплантологии. Но это пока в планах.

А в этом году мы ждем уже десять федеральных квот на пересадку почек и печени. Так что надеемся, еще несколько жителей Ставрополья получат шанс на новую и счастливую жизнь.

Знаете, три года назад, когда мы стали заходить в эту область медицины, то и подумать не могли, что столкнемся с таким глобальным и сложным делом. Но не зря говорят: глаза боятся, а руки делают...

- Сергей Александрович, спасибо за интервью. Успехов вам.

Р.S. Когда шла подготовка статьи, мы провели небольшой опрос. Людям разных профессий - журналистам, врачам, педагогам, актерам, водителям, священнослужителям - мы задавали один вопрос: готовы ли они стать донором? Результат, если честно, очень удивил. Практически 90 процентов опрошенных заявили, что готовы стать посмертным донором. И все без исключения готовы отдать свой орган для близкого родственника, то есть стать родственным донором при жизни.

А мой знакомый священник рассказал о том, что патриарх Кирилл назвал трансплантологию одним из перспективных направлений медицины. И даже вспомнил слова папы Римского, которые звучат примерно так: «Разрешить использовать мои органы для трансплантации после моей смерти - настоящий христианский поступок».

Наталья МАКАГОНОВА.

Номер выпуска: 
Оцените эту статью: 
Средняя: 5 (2 голоса)

Комментарии

Это безумие. В Законе о трансплантации органов (ст.8) написано, что если предварительно не написать заявление,то по умолчанию становишься донором.Где искатьту грань,когда врач решит что пациент не излечим.Коррупцию никто не отменял,ведь органы стоят огромных денег.В России примерно 8 тысяч Законов,даже будучи супер-юристом,не возможно знать все законодательство.

Интересно узнать мнение родителей,когда им сообщат что у их ребенка изъяли органы без разрешения,потому что родители не написали заявление что они против изъятия органов. А этот врач готов в подобной ситуации отдать своего ребенка на органы?

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос помогает Нам определить, что Вы не спам-бот.
4 + 8 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.