Вы здесь

На окраине тропика Рака

Сообщение об ошибке

Notice: Undefined variable: o в функции include() (строка 601 в файле /www/vhosts/st-vedomosti.ru/html/themes/bartik/images/bg.jpg).

Окончание. Начало - «Три дня в Пекине» в №№20-23 за 2021г.   
Продолжение - «От Пекина до Шанхая» в №№! 12,15-16,21, 27 за 2022г.,  
Продолжение. Начало  - «На окраине тропика Рака» №№5,9 за 2023 г.
 

 

* * *
 Уже через несколько дней пребывания в Санье привыкаешь к несколько суматошному ритму местной жизни. Курортный город просыпается рано, распахивает двери кафе и чифанек, рынков и магазинов, немногим позже открываются торговые центры, массажные салоны, модные бутики, рестораны. На улицах кавалькады машин, которые, как и везде, без зазрения совести едут на красный свет и пешеходные переходы. Почти на каждом углу появляются развалы тропических фруктов. Глаза разбегаются - ананасы, красные и зеленые манго, розоватые питахайи, сладкие стручки-тамаринды, яванские яблоки, молочные кокосы, сахарные яблоки, джекфруты, покрытые волосками рамбутаны, с темно-фиолетовой кожурой мангостаны и много, много другой экзотики. Обязательно что-то купишь на пробу, идя на пляж. До обеда все приезжие, если нет экскурсий, идут на море, неизменно теплое и чистое. Приглядываюсь к китайцам, о которых пишут, что они боятся воды. И в самом деле, есть несколько человек, в нерешительности стоящих у кромки моря, но есть и те, кто не боится заплывать до буйков безо всяких спасательных жилетов. А вот женщин-китаянок с зонтиками, действительно, хватает. Это подтверждение того, что они ревниво берегут свое тело от загара. В Китае считают, чем белее женщина, тем она привлекательнее. И спорить с этим ни к чему, считают китайские красотки. Ближе к полудню, когда подумывал уже сходить на обед, стал свидетелем любопытной пляжной сценки. Откуда-то из-за пальм вышли двое, бедно одетых. Он и она. Подслеповатый мужчина, опираясь на толстую палку, играл на каком-то музыкальном инструменте. Его спутница с костылем в руке проникновенно исполняла жалобную мелодию. Нищие музыканты подошли к группе примодненной китайской молодежи – экстравагантные прически, мелированные волосы. Попросили подаяния, но услышали в ответ насмешки и хохот. Парочку такое отношение задело, и нищие начали на чем свет стоит распекать нахалов. Крики, ор на весь пляж, разбудившие даже тех, кто сладостно подремывал на песке. Подскочили несколько сердобольных русских, подали парочке мелкие купюры и те, несколько успокоившись, неторопливо пошли восвояси.
В чем была причина конфликта? Многие китайцы считают, что такие просители живут на широкую ногу. В газетах одно время было много сообщений о том, что подобного рода нищие музыканты днем промышляют на улице, а вечером снимают грим и лохмотья, поселяются в крутых отелях и сладко спят на перинах. Поэтому и народ сейчас не так охотно дает им подаяние. С другой стороны, как невероятно активно местные нищие музыканты отстаивали свои права! Чуть подробнее копнуть богатейшую китайскую историю, и там найдется объяснение подобному поведению. В старом Китае все нищие какого-либо города были под управлением особого старшины. Тот, в свою очередь, назначался местным мандарином. С каждым владельцем лавки заключался договор, по которому торговец обязывался уплачивать в пользу городских нищих определенную сумму. В знак того, что такое соглашение состоялось, над входом в торговое заведение вешали небольшую тыкву. Польза была обоюдной – нищие не мешали купцам своим появлением, а старшина распределял между ними полученную мзду. Точно так же облагались денежными поборами свадьбы. И горе было той семье, глава которой не сходился со старшиной в условиях «контракта».
Известен один показательный случай. Некий богатый, но скупой купец, женил своего сына и был не согласен увеличить предложенную старшиной сумму. Настал день свадьбы. Невесту, как и положено, принесли в красном паланкине. И в это время, откуда ни возьмись, появляется безобразная нищенка. Она стала стонать и голосить, прося милостыню, а когда ее начали гнать прочь, заголосила пуще прежнего. Одновременно у ворот появился другой нищий, он также громко требовал милостыни. За ним показался слепец в сопровождении двух жалких нищебродов с бледными, изможденными от курения опиума лицами. Слепца проводники ввели в комнату, где сидели пригашенные гости. А толпа нищих все прибывала и прибывала. Среди них были уроды с язвами и болячками на ногах, прокаженные с изъеденными и покрытыми сыпью лицами, калеки со сведенными на руках пальцами. Каждый просил милостыню, и вопли их оглашали двор.
То была настоящая осада и вдобавок, крайне искусно организованная. Ибо, несмотря на вопли, нищие держали себя вполне корректно и не делали ничего такого, за что их можно было бы привлечь к ответственности. Хозяин немедленно послал за старшиной. Тот не заставил себя долго ждать, быстро удалил со двора нищую братию, и заключил с хозяином дома «перемирие». В знак договора над воротами была вывешена тыква.
Описывающий этот случай уже знакомый нам Джон Макгован, напомню – XIX век, приводит вереницу подобных примеров, показывающих, как обездоленные умели отстаивать свои права. Свежий пляжный инцидент - подтверждение тому, что и нынешние просители милостыни далеко не робкого десятка. Особо среди нищих английский миссионер выделял бродячих музыкантов. Их и сегодня, кроме пляжа, можно увидеть в других людных местах. Часто они выходят на площадь популярного у туристов торгового центра «Ананас». В первый раз я увидел там полулежащего в инвалидной коляске человека с микрофоном в руках. Он исполнял что-то сугубо национальное, время от времени ему подбрасывали мелочь в лежащую кепку. В следующий раз у «Ананаса» подрабатывали двое увечных музыкантов. У одного из них всё тело было покрыто лишаями, при этом майка демонстративно сброшена. У другого лицо страшно обезображено, тоже следствие какой-то редкой болезни. Смотреть на них было больно и жалко. В последний день перед отъездом я услышал на той же площадке мелодию «Подмосковных вечеров». Ее виртуозно исполнял на саксофоне крупноголовый карлик с грустными, выразительными глазами. Я же говорил, что Санья будет очень щедра на сюрпризы…
* * *
Вечереет. Дадунхай после полуденного декабрьского зноя заметно оживает. Повсюду русская речь, словно где-нибудь на нашем черноморском побережье. Наступает звездный час торговых и увеселительных заведений. У одного из ресторанов молодой человек вручает мне, как и другим прохожим, приглашение на новогодний вечер от некоего Сережи, владельца ресторана. За 398 юаней с человека меню предлагает весьма соблазнительный перечень блюд с бесплатной русской и китайской водкой. В конце приписка: «Будет незабываемое шоу для наших друзей из России. Почувствуйте незабываемые впечатления от грядущего Нового 2020 года». Кто знал, что незабываемо жуткие впечатления у многих наших начнутся уже в январе – в Санье и на всем Хайнане из-за пандемии будут закрыты все туристические объекты, места отдыха и развлечений. Позже появятся сообщения о десятках тысячах застрявших на острове туристах. О километровых очередях в Санье к пунктам тестирования и вакцинации. Пока же жизнь кипит, зовет и увлекает.
На аллее, тянущейся вдоль моря, набредаю на ресторан с названием «СССР». Как же можно пройти мимо? Захожу внутрь, знакомлюсь с блондинкой лет сорока с забавными девичьими косичками. Певица Светлана работает в «СССР» несколько лет. Она из Благовещенска, мама ее проживает сейчас в нашем крае, в Ессентуках.
– Ресторан очень популярен у соотечественников и не только, – рассказывает Светлана. – Сюда приходят и те, кто живут в бывших советских республиках, ныне самостоятельных государствах. Единственно, раньше было как-то мало приезжих из среднеазиатских республик. Сейчас их в нашем ресторане можно увидеть довольно часто.
– Что поете, Светлана? – Исполняю, в основном, советские песни, прошедшие испытание временем. Начиная от всем известной «Катюши» до шлягеров семидесятых-восьмидесятых годов. Наши гости часто просят исполнить их на заказ. Надо сказать, что песни, написанные после распада Союза, не столь популярны у публики, хотя я и их включаю в свой репертуар. Думаю, народ ностальгирует по тем временам, когда мы были едины. Работаю на сцене одна, содержать в Санье оркестр дорогое удовольствие. 
Светлана извинилась – до прихода посетителей надо немного порепетировать. Время до захода солнца еще есть, решил еще раз за сегодняшний день сходить на пляж, благо он рядом. Только зашел в воду, как на берегу начался переполох. Невесть откуда взявшиеся молодчики со свистками начали сгонять людей с пляжа. Именно сгонять, по-иному это не назовешь. Кто упорствует или медлит, тому предупреждающая трель свистка. Невероятно, но минут за десять отдыхающих, как ветром сдуло. Опять какая-то китайская специфика? Нет, очередной сюрприз Саньи, на этот раз природный. В бухте Дадунхай случаются отбойные, или риповые течения. Отток приливной волны способен стремительно утащить человека от берега. В вечернее время в темноте спасатели могут и не заметить этого. Самая главная опасность – рип приходит внезапно. Так же внезапно, как и молодчики со свистками. 
* * *
 Еще одно из самых запоминающихся хайнаньских впечатлений – вечернее шоу под названием «Романтический парк». Признаюсь, отправлялся на представление с некоторым скептицизмом и, как оказалось, напрасно. Оно было посвящено истории Саньи и всего острова Хайнань. Началось шоу с эффектного номера, когда несколько человек, как подброшенные катапультой, взмыли на высоту над зрительным залом и через несколько мгновений возвратились обратно. По-китайски это называется «вернуться быстрее пламени». Вслед за столь неожиданным зачином на сцене развернулось действие первой части «Пещера Лобидун», перенесшей зрителей в незапамятные островные времена. Реальная подоплека бурной театрализованной феерии – археологические раскопки тридцатилетней давности, проведенные на Хайнане. Тогда в пещере Лобидун были обнаружены следы ранней жизнедеятельности человека. Ученые полагают, что это происходило десять тысяч лет назад. Появилось понятие «Человек Саньи» для обозначения первопоселенцев острова. Первое письменное упоминание о Санье появилось в манской книге «История о Хайнане и Тайване в период правления Чженьдэ». В то время это была всего лишь приморская деревушка. Как и в пекинском цирке цзацзи, представление длилось в течение часа. За это время артисты успели показать еще три части – «Лухуйтоу», «Морской шелковый путь» и «Путешествие на Запад». В них обыгрывались легенды Саньи, времена, когда морское поселение играло важную роль в торговле шелком. И последнее – история буддийского монаха, которому разыгравшийся шторм не позволил попасть в Японию. Так он оказался в Санье, где обучил аборигенов тонкостям возделывания сельхозкультур. Такова историческая канва, которая воплощалась в необычное действо со всем размахом современных технических возможностей. На сцене низвергались водопады, в зрительном зале лился дождь, гремел гром, сверкали молнии, свистел ветер, шумели волны. Всё это, конечно, искусная имитация, но, надо сказать, очень правдоподобная. По ходу перфоманса зрительские ряды вдруг разом сдвинулись, и в образовавшемся свободном пространстве появились два удлиненных подиума, позволившее перенести действие прямо в зал. Поверх зрительских голов проплывает громадный пластиковый полог, на котором девушки исполняют сложные акробатические этюды и танцевальные номера. Всё это сочеталось с лазерной подсветкой, умело подобранной музыкой, оптическими иллюзиями и трюками, яркими спецэффектами. Неповторимое, незабываемое зрелище. 
* * *
 И напоследок тема, не затронуть которую в рассказе о Китае невозможно, тема еды. Обойти ее стороной - значит не сказать ничего о самом сокровенном из китайской жизни. Еда здесь основа основ, так сказать, альфа и омега бытия. Хотите доставить китайцу приятное, затроньте гастрономическую тему. До недавнего времени жители Поднебесной даже приветствовали друг друга вместо привычного «нихао!» вопросом: «Чи фань лэ ма?» Что значило: «Поел ли ты?» Такая заботливость по отношению к собеседнику объяснялась тем, что царь-голод не однажды посещал в прошлом китайские города и села, оставив в народном сознании тяжелые воспоминания. Проблема голода в Китае была успешно решена. Более того, предложение китайской кухни ныне столь велико, что не поддается никакому описанию. Ее китайцы считают «самой выдающейся жемчужиной» своей культуры. Набор блюд в ней самый обширный в мире- около пяти тысяч на любой вкус. А вкусы в Китае ох какие разные: южане, например любят рис, а северяне лапшу. Кроме того, жители юга известны своей прихотливостью к экзотическим блюдам – в их меню можно обнаружить мясо собак, кошек, енотов, обезьян, ящериц и крыс. Почти каждая провинция, а то и города, имеют фирменное блюдо: пекинская утка, тяньцзинские блины, янчжоуские паровые пампушки, ракушки из каналов Сучжоу.
Одно из самых известных блюд провинции Гуандун – «борьба дракона с тигром». Его готовят из ядовитых змей трех видов, дикой кошки и многочисленных пряностей. В провинции Фуцзянь неоспоримое первенство у блюда под названием «Будда прыгает через стену». Для его приготовления требуется 18 ингредиентов: морской огурец, плавники акулы, рыбьи губы, ветчина, грибы, побеги бамбука и многое другое. Китайская кухня способна удивить любого, даже самого искушенного гурмана. В Санье одно из популярных мест гастрономических радостей торговый центр «Ананас». Там частенько столовался и я. Оригинальное его здание в виде фрукта-гиганта со сверкающей на солнце позолотой видно издалека. У входа сюда, к удовольствию любителей пофотографироваться, в последнее время стал часто появляться Дед Мороз. Именно Дед Мороз, одетый в русском стиле – в красной шубе с кушаком, шапке и с длинной белой бородой, а не его китайский собрат Шань Дань Лаожен.
На последнем этаже «Ананаса» расположились рестораны и кафе, где можно было отведать блюда многих провинций. Фудкорт предлагает и четыре «истинно хайнаньских блюда» - краба хэлэ с соусом из имбиря, чеснока и уксуса, курицу по-вэньчански, баранину по-дуньшански (фишка в том, что овцы питаются листьями чайного дерева, их мясо потом вымачивается в кокосовом молоке, тушится и подается с бульоном) и утка джайджи с приправой.
Если к ассортименту «Ананаса» прибавить то, что подается в других ресторанах, кафе и закусочных Саньи, смело можно сказать, что здесь можно найти все изыски пекинской, кантонской, сычуанской, шанхайской, хунаньской и иных прославленных кухонь Поднебесной.
Многие любители морепродуктов отправляются на Синьцзянь-стрит. Там находится огромный, шумный рынок морепродуктов, где можно купить все, что душе угодно. Работает он вплоть до полуночи.
Прогуливаясь по городу, ближе к вечеру, на улицах можно приметить уличных торговцев, продающих кокосовую кашу. Отведав порцию, понимаешь, что это хорошо знакомая рисовая каша, только приготовленная на кокосовом молоке. Из кокоса местные повара искусно готовят супы, торты и сладкое желе.

Продолжение следует...

 

Номер выпуска: 
Оцените эту статью: 
Голосов еще нет

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос помогает Нам определить, что Вы не спам-бот.
3 + 7 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.