Вы здесь

«Инфекционка» поменяла статус. Что изменилось?


- Ой, а может, обойтись без больницы? Я вас очень прошу. Может, это простое отравление...
Молодая мама переводит беспокойный взгляд с врача «скорой» на десятилетнего сынишку.
- Простое отравление. А вы знаете, какие могут быть последствия? Не поедете в «инфекционку» - пишите отказ.
- Прошлой зимой у меня там дочка лежала, в палате простудилась. Вы знаете, какие в больнице удобства. Своего ребенка туда, наверное, не отправите...
- Да поймите же - помочь вашему сыну могут только в стационаре. Там знающие специалисты...
Не важно, где подслушан этот диалог, не важны фамилии действующих лиц. Тут суть в другом: жители краевого центра как огня боятся инфекционной больницы. Родители соглашаются поместить туда ребенка только в крайних случаях. И не столько из-за жесткой изоляции больных (режим есть режим), сколько из-за условий, в которые здесь попадают пациенты.
Этим учреждением десятилетиями никто по-настоящему не занимался. В советское время до него не доходили руки из-за пресловутого остаточного принципа финансирования. В перестроечное - городским властям вообще было не до этой больницы, дай бог другие поддержать.
И дошла она до полного развала. Потолки текут, стены рушатся, коммуникации прогнили. Мэрия расписывалась в полной неспособности что-то сделать из-за отсутствия средств. Кто-то из больших краевых начальников печально пошутил: остается подогнать бульдозер и все корпуса снести. Но ломать - не строить. Где тогда лечить больных? Тем более что инфекция атакует со всех сторон. И тогда спасательный круг бросает ставропольский «Белый дом», решивший перевести больницу в ранг краевой. Инциатива исходила от губернатора, который, побывав на объекте, возмутился положением дел (как будто не знали ситуацию раньше. - Авт.).
Депутаты Ставропольской городской Думы несколько раз отвечали отказом. Главный аргумент - потеря мест для горожан. Но в конце концов думцы сдались, и с января 2003 года «инфекционка» стала работать в новом статусе. Что же изменилось за это время, и почувствовали ли перемены сотрудники учреждения, больные?
Главный врач А. Боблов руководит учреждением десять лет. То есть весь самый сложный период.
- С бюджетного финансирования, - говорит Александр Николаевич, - мы сразу же перешли в систему обязательного медицинского страхования. Прежде на одного больного выделялось на лекарства от 13 до 25 рублей в день. Что на эту сумму сделаешь? В прошлом году по ОМС в день на лечение больного тратилось уже 120-130 рублей.
На питание до нового статуса выделялось 25 рублей в день, в 2004 году - вдвое больше. Как будет в этом году, пока не знаем - нормативы еще не утверждены в краевом фонде ОМС.
Другой названный «главным» позитив - больница получила новую рентгенаппаратуру и оборудовала под нее кабинет. Краевой бюджет раскошелился на три миллиона рублей. Прежде такой аппаратуры в «инфекционке» вообще не было, пациентов возили в противотуберкулезный диспансер, выбирая «окна», чтобы не заразить их палочкой Коха. А кроме того, почти на два миллиона рублей поступило специального оборудования в лабораторию - оно позарез необходимо!
А вот в облике больницы пока мало что меняется. Стоящему в заплатах главному корпусу неприятного серого цвета - свыше пятидесяти лет. Детскому корпусу тоже почти тридцатник. То, что узришь собственными глазами, походив по отделениям и палатам, просто не поддается описанию.
Второй пост первого отделения, где лежат с гепатитом. На потолке - сплошная «шуба», обвалившиеся проемы стен и искореженные трубы заклеены бумагой. Медсестра физиокабинета И. Наркевич опасается, что на ее голову вот-вот посыпется штукатурка. Студенты Ставропольской государственной медицинской академии, занимающиеся на кафедре инфекционных болезней, нашли свой способ придания учебной комнате сносного вида: глубокие трещины, выбоины и покрытые плесенью стены завешивают учебными пособиями. В больнице, кстати, разместились четыре кафедры мед-академии, и все они в аховом состоянии.
А в четвертом отделении в одной из палат работают строители. Лежавшему под капельницей больному, считай, крупно повезло: только он вышел - обвалился угол потолка. Удар мог быть с серьезными последствиями.
О состоянии водопроводно-канализационной системы и электрических сетях вообще нечего говорить - около тридцати раз за короткий срок пришлось вызвать Службу спасения.
К онечно, что-то в больнице дела-
ется. Меняются водопроводные и канализационные трубы, электропроводка. Ремонт в некоторых отделениях начали еще при городском статусе. Теперь, правда, его впору начинать заново. Из-за очень живучего грибка на стенах.
Что медики показывают с радостью, так это отсвечивающие белизной туалеты и столовую в четвертом отделении. Здесь и в процедурном кабинете - настоящий евроремонт. Но краевой бюджет к этому не имеет отношения. Постарались два спонсора - «Кавказтранс- газ» и «Энергомера». Кто-то из их сотрудников попал на больничную койку, на себе все испытал и поведал своему начальству. Вот оно и отозвалось на просьбу руководства «инфекционки» о помощи. Ремонт по высшему разряду был закончен под занавес 2004 года.
Но в порядок ведь надо приводить всю больницу. Еще в 2002 году здесь побывала не одна представительная комиссия. Составили объемную справку, описали степень износа. Практически все здания были признаны аварийными. По утверждению руководства больницы, только на экстренные работы (замена кровли, коммуникаций, электропроводки и т.д.) требуется порядка 13-15 млн. рублей. Но в первый год пребывания в новом статусе учреждению выделили всего шестьсот тысяч рублей, объясняя тем, что краевой бюджет уже сформирован. В 2004-м оно получило два миллиона рублей, к ним часть средств добавил минздрав на ликвидацию аварийных ситуаций. В бюджете этого года тоже записана сумма в два миллиона, которая пойдет на ремонт пищеблока и аварийных палат.
Если деньги будут выделяться в таком объеме и дальше, то до порядка ой как далеко.
То, что губернатор края недавно пообещал городу свыше 53 млн. рублей на социальные объекты - жест, конечно, благородный. Но и в «инфекционке» ситуация не терпит отлагательств. Если где-то в отделении рванет, то мало не покажется. Ведь этот объект особый - бактериологической опасности. Возвращаются инфекции, на которых раньше поставили крест - малярия, геморрагическая лихорадка, холера, лептоспироз и т.д. Два человека, побывавшие в Азии, недавно лежали с подозрением на атипичную пневмонию. Не говоря уже о подъеме заболеваемости гепатитом.
- Миграция населения сейчас очень высока, - рассказывают медики, - максимум через сутки больной человек может оказаться в нашем крае. Последствия могут быть непредсказуемыми...
Вот это точно, особенно если вспомнить вспышку в Ставрополе холеры около двадцати лет назад.
Спрашиваю у главврача: «А если вдруг вам дадут 15 миллионов рублей, сможете их освоить? Ведь придется закрывать больницу...» По словам А. Боблова, проблем не будет.
- Мы работаем с шестью строительными организациями. Любая готова выполнить большой объем работ - были бы деньги. А мы им даем по 50-100 тысяч рублей.
Больница сейчас не перегружена. Можем безболезненно сделать маневр и перевести койки из одного отделения в другое...
В общем, главное - финансы, а с
ними как раз напряженка. В отличие от других краевых учреждений «инфекционка» лишена возможности хоть что-то заработать на платных услугах. Здесь не делаются платные операции, какие-то сложные манипуляции. Это социальная больница, многие пациенты - люди бедные, с них нечего взять. Из-за дефицита средств здесь даже не могут организовать охрану территории. Как минимум надо создать два поста, а это - десятки тысяч рублей в месяц. И стоят незащищенные больничные корпуса на семи ветрах - заходи с любой стороны.
После посещения «инфекционки» подумалось: а может, собрать десятка полтора крепких бизнесменов края и организовать им экскурсию по больнице. Вдруг найдутся готовые помочь учреждению. Не все же сильным мира сего вкладывать деньги в покупку элитных домов, иностранных автомобилей и в кругосветные круизы. Может, и медицине что-то достанется.
Тем более что от перспективы попасть в эту больницу никто не застрахован.
Нина ЕВТУШЕНКО.

Номер выпуска: 
Оцените эту статью: 
Голосов еще нет