Вы здесь

КРИТ - ЧЕМ ЕЩЕ УДИВИТ?

Этот самый большой греческий остров удостоен самых разных названий. За свою величину его часто называют Мегалониссос. С античных времен Крит был известен под другими названиями: Аэриа - за его умеренный климат, Долики - за вытянутую форму, Телхиниа - государство мастеров, Макарис - край счастливых людей, Куритис - земля молодых богатырей - куритов. Самый почитаемый островитянами писатель Никос Казандзакис не без юмора окрестил Крит «чудовищем, лежащим на море». Легенды и мифы Древней Греции возвеличили Крит, а удивительные находки археологов прошлого века лишь упрочили его славу. Чудо-остров никого не оставляет равнодушным, его поклонники называют себя критоманами...
Загадки минойцев
Каждому, кто решил своим ходом отправиться в центр минойской цивилизации Кносс, добраться туда не составит труда. Автобусы из столицы Крита Ираклиона курсируют до Кносского дворца с точностью поездов Московского метрополитена. Гораздо сложнее для меня оказалось выбраться в сам Ираклион из курортного поселка Аделе, где остановилась наша компания ставропольцев. Все шло шиворот-навыворот: сначала надо попасть в ближайший город Ретимно, а уж оттуда, минуя Аделе по другой магистральной трассе, мчаться в столицу. Вырисовывался крюк в двадцать с гаком километров, но что делать, ехать надо. Не увидеть археологической гордости Крита и всей Греции - то же самое, что, посетив Египет, не увидеть пирамид. Мир ликовал, когда англичанин, сэр Артур Эванс, приступив к раскопкам в здешних местах, явил свидетельства новой, неведомой цивилизации. Той, что позднее он назвал минойской, по имени легендарного царя Миноса. Той, что для современников Гомера уже была седым преданием.
Когда Эванс полностью завершил раскопки, стало ясно, что на холме Кефала в незапамятные времена стоял дворец необычайной красоты, немыслимой роскоши, с водоснабжением и канализационной системой, со световыми колодцами, с весьма замысловатой планировкой. В воображении современников удачливого англичанина словно наяву оживал миф о сыне Зевса Миносе, его жене Пасифае, родившей получеловека - полубыка кровожадного Минотавра, о Дедале - искусном строителе Лабиринта, о Тесее и Ариадне, одарившей героя мечом и спасительной нитью.
Как-то у Эванса спросили, почему он, не колеблясь, заявил о том, что открыл «дворец Минотавра», ведь ничто не подтверждало правоту его слов? Руководитель археологических раскопок ответил: «Любой, самый красивый узор на ковре вышит обычной нитью, скрученной из овечьей шерсти. Так говорят на Крите. Я забыл про фантастические узоры и увидел нить, скрученную из фактов...»
Дворец - Лабиринт
Он же с прилегающим поселением столица минойского Крита, самый древний город на греческой и европейской земле. Площадь его 22 тысячи квадратных метров. Некогда на холме Кефала стояла еще более древняя дворцовая постройка, разрушенная землетрясением. Затем по новому проекту были возведены многоэтажные царские апартаменты, роскошные жилые помещения для знати, духовенства, попроще - для многочисленной челяди. Все это вновь было внезапно разрушено, как полагают многие ученые, в 1450 году до нашей эры.
Мне Кносский дворец сразу же напомнил иные памятники древнего зодчества, виденные мной в материковой Греции - Дельфы, Акрополь, Эпидавр и Микены, Асклепион на острове Кос. Их всех роднит между собой полная гармония с природой, уникальность зодческих решений и какая-то своя, особая аура.
Обширный западный двор. Первая же загадка - три круглые пятиметровой глубины ямы «кулурес». Что это? Предполагают, они могли быть или зерно- хранилищем, или хранилищами жертвоприношений. Чуть дальше «кулуресов» из напластований земли были извлечены сосуды, в которые помещали священных змей. Да-да, пресмыкающиеся твари были в почете у минойцев!
Феноменальная удача исследователей холма Кефала - найденные ими многочисленные фрески. Как не выцвели в сырости и темноте карминные, лазурные, коричневые, розовые краски кносских творцов? Даже от более поздней древнегреческой живописи до нас ничего не дошло, за одним или двумя исключениями. Вот почему такую великую цену имеют минойские фрески. Оригиналы их, бережно отреставрированные, экспонируются на втором этаже необъятного Археологического музея в Ираклионе. В самом же Кноссе, по понятным соображениям, представлены их копии.
Не меньшим, чем художественное мастерство, была и техническая смекалка минойских инженеров-строителей. Акведук, состоящий из труб, приносил воду из родников горы Юктас и разветвлялся в городе и во дворце. Чтобы вода не выплескивалась из желоба на повороте, применяли параболические изгибы. Всевозможные технические ухищрения позволяли создавать в водопроводной сети переменное давление, предотвращать аварии. На случай паводков были предусмотрены заслонки и водосливы. Лишь через тысячу лет римляне создадут нечто подобное.
В один день обойти, объездить, осмотреть все, что осталось от минойской цивилизации, дело безнадежное. Собственно, весь остров, а длина его береговой линии более тысячи километров, являет собой огромную археологическую площадку.
Все, что удалось найти археологам, собрано в огромном Археологическом музее Ираклиона. Тут представлены изделия гончаров, ювелиров, фрески художников. Думаю, не одна модница вздохнула, увидев оригинальные, филигранной работы золотые серьги, кольца или кулон в виде золотой пчелы. А есть еще бездна статуэток, амфор, ритуальных предметов, знаменитый ритон в виде головы быка из стеатита, горного хрусталя и яшмы.
Большая гордость музея - загадочный Фестский диск, поставивший в тупик весь ученый мир. Размер его невелик - 15 сантиметров в диаметре и два сантиметра толщиной, но велико внимание к нему. Вот сошлись две экскурсионные группы. Каждый старается подойти к витрине поближе, повнимательнее рассмотреть глиняный «кружок» с обеих сторон, словно пытаясь вникнуть в его смысл. А смысл так и остается для всех тайной за семью печатями. Что это - послание исчезнувшей Атлантиды, навигационный прибор, текст священного гимна или всего лишь хозяйственная запись? Время от времени появляются «сенсации» о расшифровке текста, однако к единому знаменателю ученые пока не пришли.
Бесценные артефакты... Думаешь о том, что грекам очень повезло с Артуром Эвансом, чьи находки составили основу экспозиции. Он ничего не присвоил себе, не вывез в Лондон. В отличие от своего соотечественника лорда Элджина, ограбившего в свое время Парфенон. Загадки ни на что не похожего мира минойцев, подаренного нам Эвансом, историкам и лингвистам предстоит разгадывать не один год. Крит нас еще не однажды удивит!
День на исходе, пора покидать Ираклион. Подхожу к ближайшей кассе и прошу билет до Ретимно.
- Билетов туда нет и не будет, - огорошил чернявый паренек - кассир.
- Как же так, почему? - опешил я, - устраиваться на ночлег в незнакомом городе никак не входило в мои планы.
Увидев мою реакцию, кассир не выдержал, рассмеялся:
- Извините, шутка. Вам в другую кассу - через дорогу.
АНОЙЯ - КРИТСКАЯ ГЛУБИНКА
Первое впечатление от Анойи - я попал на продолжение фильма «Грек Зорба»: так неправдоподобно много было женщин в черном на главной площади селения. Все на них было тон в тон: блузки, кофты, юбки, платья, косынки, платки, обувь. Стиль, мода, дань старине - как угодно это можно называть, но так одевались, одеваются и будут одеваться в горных селениях Крита. У мужчин самым шиком считается одеть черную рубашку, шаровары, сильно смахивающие на галифе, заправить их в кожаные сапоги, на голову накинуть опять же черную с бахромой косынку - зарику. Черный цвет считается у горцев цветом гордости и строгости.
Анойя - самая настоящая критская глубинка, раскинувшаяся у горного массива Псилоритис. Прошлое ее теряется в тумане легенд и преданий, вплоть до появления на свет младенца Зевса Критогениса, то есть рожденного на Крите. Божественного отпрыска, во избежание отцовской расправы, нимфы воспитывали в глубокой пещере. Охраняли будущего владыку неба юные полубоги - куреты. Они-то и считаются далекими предками анойцев. Романтическую версию дополняет другая, более правдивая. Она гласит, что Анойю заселили жители соседнего древнего города Аксоса, когда завоеватели-венецианцы разрушили его.
День ясный, солнечный, и в центре горного селения сегодня раскинулась большая ярмарка - распродажа тканых изделий. Гости, а это в основном заезжие туристы, не спеша похаживают среди изобилия ковров, кружев, покрывал, полотняных дорожек, полотенец, шалей, вязаных сумочек. Все из хлопка, льна, шерсти, обработано натуральными же красителями, добытыми из корней, листьев, цветов и плодов.
Среди местных жительниц в строгих одеяниях примечаю молодую женщину в современном прикиде - джинсы, сиреневый свитерок. Зовут ее Роксани. Работает она вместе с матерью, ткачеству только начала учиться.
- Оказывается, - это не так просто, - улыбается Роксани. - Нужен навык, усидчивость, хороший вкус для выбора узора. На продажу пока идут изделия мамы, а мне еще надо подучиться.
- Ткачеством выгодно заниматься?
- На жизнь вполне хватает. Для нас это главное.
Короткий диалог заканчивается приглашением войти в мастерскую. Точнее сказать, это мастерская - магазин. Хозяйка подводит меня к видавшему виды ткацкому станку, объясняет, как он действует. Семейная реликвия! (И в наших ставропольских селах чуть больше полвека назад ткацкое дело было еще вовсе не в диковинку, раньше для девушек обидным прозвищем были слова «неткаха» и «непряха», то есть неумехи. Но кто бы подумал о развитии народных промыслов? Давно рассохлись и сгнили на свалках бабушкины станки).
Ткачество - не единственное, чем занимаются в Анойе. Испокон веков в большом почете здесь было и животноводство. По дороге к селению мне показали округлое сооружение из камня с отверстием - дымоходом наверху. Это - митата, пастуший приют. Застала ночь в горах - тут можно переночевать, по-быстрому приготовить ужин на костерке. Митаты пастухи используют также для изготовления и хранения сыра. Я прикинул - пастуший приют несколько человек могут выложить за день, а может, и того быстрее. Цемент не нужен, практикуется сухая кладка. Подручный стройматериал в горах на каждом шагу - каменные плиты, булыжники.
Анойское стадо насчитывает 80 тысяч голов скота плюс свои перерабатывающие мощности. Экологически чистая сырная продукция из Анойи пользуется спросом и на острове, и в материковой Греции. Особенно хорош, на мой вкус, твердый сыр «гравьера». Свои вкусовые качества он не теряет в течение года.
Нынешнее благополучие и процветание горного селения не упали с неба. Не будь твердого, как кремень, характера горцев, их спаянности, бесстрашия и трудолюбия, давно бы не было и самой Анойи. Для другого рода - племени и толики тех испытаний, что выпали на долю анойцев, было бы достаточно, чтобы жизнь на этом месте давно угасла. Первый раз селение было разорено и сожжено Сериф-пашей в 1822 году после кровопролитных боев. То же самое сделал Ресит-паша в 1867 году, мстя за участие горцев в антитурецком восстании. Самая страшная участь ждала анойцев при немцах в годы Второй мировой войны.
20 мая 1941 года гитлеровцы высадили парашютный десант в районе аэродрома Малеме. Началась Критская битва. Итог известен - после кровопролитных упорных боев греческие, английские, новозеландские, австралийские части вынуждены были покинуть остров.
В 1944 году критскими партизанами был похищен командующий пехотной дивизией, генерал-майор Генрих Крайпе. Спустя некоторое время на британском катере его переправили в Египет. На критян обрушились репрессии. В Анойе каратели действовали с особой жестокостью: как белорусскую Хатынь, ее выжгли дотла. Всех мужчин, не успевших скрыться, карательный отряд расстрелял. В отместку за участие местных бойцов сопротивления в похищении Крайпе.
После войны немцы, чтобы загладить вину, предложили за свой счет восстановить сожженное селение. Горцы отвергли эту подачку. Сами все заново отстроили. В память о погибших земляках они посадили целую рощу деревьев.
Анойя часто принимает гостей. Приезжим все интересно - уклад жизни анойцев, сохраненный неизменным в течение многих столетий, их одежда, кухня, особый диалект, в котором много древнегреческих слов. И современные греческие слова здесь произносят по-особому. Фамилии местных жителей пишутся без традиционного критского суффикса «акис», так что выходцев из Анойи можно легко узнать по этому отличию. Даже став городским жителем, на вопрос, откуда он, уроженец этих мест никогда не скажет: «Я из Афин» или: «Я из Ираклиона». Горец ответит: «Я из Анойи!» Это вообще характерно для Крита - гордиться своей малой родиной, ценить ее превыше всего. В отличие, кстати, от нас.
Что еще влечет в отдаленное селение туристов - ее неподражаемый музыкальный фестиваль, который проходит в августе. Лучшие певческие, танцевальные коллективы острова приезжают сюда показать свое мастерство.
Я вернулся из Анойи уже к вечеру. Немного спустя из другой поездки на остров Грамвуса прибыли мои ставропольские друзья Галина и Владимир. Перебивая друг друга, начали делиться впечатлениями. Даже не ожидал от них, обычно флегматично сдержанных, стольких эмоций. Они видели на Грамвусе необыкновенную картину - слияние трех морей, более десяти оттенков морской воды, розовый песок! И гид, ко всему, попался заводной - «преподнес» Крит на высшем уровне. Мои спутники в поездке даже выучили по-гречески: «Му ареси и Крити!» - «Мне нравится Крит!» В общем, полку критоманов прибыло...
Василий КИЗИЛОВ.

Автор: 
Номер выпуска: 
Оцените эту статью: 
Голосов еще нет