Вы здесь

МОЛОДОМУ ФЕРМЕРУ ГРАНТ ДАЛИ, А ЗЕМЛИ - НЕТ

Губернатор края инициировал проект «Новая энергия». Цель - поиск молодых, перспективных, способных на инновационные подходы в развитии края в разных отраслях, готовых поднимать производство по импортозамещению, имеющих в этом профессиональные знания и желание, в том числе и в сфере аграрного комплекса. Заявок подано более 600, но отобрано пока в команду «Новой энергии» менее 50 претендентов. Нет, не обнищал наш край на молодые таланты. Но зачастую не дают им ходу для приложения своих сил и знаний местные чиновники, которые, казалось бы, первыми должны поддерживать инициативу губернатора. Ведь они на всех уровнях плачутся, что молодежь бежит из села.

По дороге в станицу Беломечетскую Кочубеевского района по обеим сторонам дороги на километры тянется пустая земля, заросшая бурьяном. Справа - на берегах Кубани зеленые луга, никем не кошенные, слева на взгорке - видимо, бывшие пашни и пастбища, на которых никто не пашет, не сеет и не выпасает стада. Станица - приграничная с Карачаево-Черкесией.

Едем мы к фермерам Гнилицким на улицу казачьего атамана Степана Разина. Молодой фермер Федор Гнилицкий недавно получил от краевого минсельхоза грант на развитие овцеводства. Представил хороший бизнес-план и выиграл в конкурентной борьбе с другими заявителями. Вот и решили мы узнать, как Федор собирается возрождать знаменитую марку края, которой много десятилетий считалось овцеводство. Он фермер - не простой. С красным дипломом окончил Ставропольский аграрный университет. Дважды проходил стажировку в Германии, второй раз - по подарочному сертификату, который ему дали за хорошее овладение немецким языком и высокие баллы за первую стажировку. Предлагали остаться работать в Германии, но не захотел, вернулся в родную станицу. И жену - ставропольчанку - с собой привез. Она тоже окончила Ставропольский аграрный университет с красным дипломом. Получила специальность инженера земельного кадастра. Тоже была на стажировке в Германии. В ночь перед нашим приездом в молодой семье случилась большая радость - родилась дочка Машенька. Сынишке Ванечке исполнился годик.

У главы семьи Александра Михайловича Гнилицкого два сына. Старший Василий тоже фермер. У него подрастают двое сыновей. И сам Александр Михайлович фермерствовал, потом был руководителем сельхозартели, но пришлось предприятие закрыть, хотя и числилось оно в реестре сельхозтоваропроизводителей края. Казалось бы: вот он золотой фонд станицы и района! Сыновья, пошедшие по стопам отца, не соблазнившиеся городскими удобствами, желающие работать в сельхозпроизводстве, вносить свой вклад в импортозамещение, в Доктрину продовольственной безопасности России, растящие своих сыновей и прививающие им любовь к родной земле.

Хозяева угощают нас чаем с вишневым вареньем из своего сада и булочками из своей пекарни, под крышей навеса летают ласточки, в углу - детский трактор, на котором ездит старший внук хозяина. С этой солнечной идиллией диссонирует грустная история, как районная власть оставила сельхозпроизводство Гнилицких без земли. Александр Михайлович в свое время окончил Целиноградский сельхозинститут, агроном, в Беломечетке работал заместителем директора совхоза, директором, фермерствовал, в последние годы был главой СХП «Артель Гнилицкого». Говорит: «В 2011 году наша артель уже платила налогов и взносов в фонды 1 миллион 700 тысяч рублей. Держали 700 свиней, 420 голов крупного рогатого скота, из них 120 - дойного стада и 700 овец. К банкротству хозяйство подвело решение главы района Клевцова всю беломечетскую землю из фонда перераспределения передать в аренду не местному предпринимателю, бывшему руководителю МРСК Северного Кавказа Каитову. Он выставил на тендер единым лотом все 6800 гектаров. Я просил: сделай два-три лота, дай мне возможность взять в аренду хотя бы 100-200 гектаров, не дал. У нас земля уже была вспахана, прокультивирована, закуплены ядохимикаты, заключены договоры на поставку семян под осенний сев, ничего не учел. Так мы в начале июня остались без земли. Сейчас работаем на своей технике по найму в соседнем Адыге-Хабльском районе КЧР. Из 68 моих артельщиков осталось 14. Мы копейку себе зарабатываем. А налоги, зерно идут в зачет соседям, а не краю. Каитов сейчас под арестом в Москве, хозяйство передал своему родственнику. Я ничего против них не имею, но почему мы - местные фермеры - остались без земли? За эти арендованные 6800 гектаров платится аренда в 10 с лишним миллионов рублей в год. Никакому местному фермеру это не под силу. Но ведь земля должна использоваться эффективно, а у них - всего 870 овец с ягнятами и 400 голов крупного рогатого скота. При советской власти в совхозе «Беломечетский» было 27 тысяч овец, 3500 голов крупного рогатого скота, 400 свиней и 300 лошадей. На этих же самых гектарах. Сейчас большая часть земли пустует, зарастает бурьяном, плодятся клещи. Разве это по-хозяйски? Сын Василий занимается на своей ферме откормом бычков. Тоже без земли. А теперь с земельной проблемой столкнулся и младший - Федор».

«Под моей кошарой - вплотную чужая земля, она не используется, зарастает сорняками, и хотя они там не косят, не пасут, я овец туда загнать не могу», - говорит Федор. - Я получил грант от краевого минсельхоза в полтора миллиона рублей. Уже договорился купить в Апанасенковском районе мериносов: 300 за грантовые деньги и 300 за свои. Но где пасти? Я молодой фермер, мне и надо-то всего 150-200 гектаров пастбищ и 50 гектаров пашни. Уже не раз обращался к главе станицы Беломечетской Степанову с заявлением, есть земли фонда перераспределения, есть невостребованные паи, он вроде и не отказывает, но всегда находит какие-то отговорки. С 1 марта 2015 года все вопросы по земле решает орган местного самоуправления. Пока пасу овечек в лесу, они там объедают ветки и ягоды дикой алычи. У меня обученные пастушьи собаки, венгерки. Грантовые деньги - целевые, я должен их израсходовать за полгода. По условиям гранта я пять лет не имею права закрыть свое фермерское хозяйство. Мне надо встать в реестр сельхозтоваропроизводителей края, а без земли я туда попасть не могу. Когда я стажировался в Германии, многому научился и считаю, что производство шерсти, баранины будет прибыльным и у нас в России. Баранина - самое экологичное мясо. Пока что в России всего два процента отечественной баранины. И армию нашу мы же не всегда будем одевать в стекло, в синтетику. Сегодня немытую шерсть Невинномысская фабрика только классирует, прессует и отправляет в Китай и Индию. Там же при промывке ее остается и ценный ланолин, который нужен для российской фарминдустрии, производства косметики. Это не хозяйский подход.

История молодого фермера Федора Гнилицкого - готовый рецепт от местных властей, как изгонять молодежь из села. А что касается денежной аренды заезжим предпринимателем, то, по словам старшего Гнилицкого, за три года за эти миллионы проложили в селе километр асфальта, да не устают рисовать новые проекты водопровода. С тех пор, как в постсоветские годы отрезали идущую из Адыге-Хабля трубу, станичники возят воду из Кубани в цистернах, заливают в самодельные бассейны во дворах. Так и живут.

Галина Сергушина.

На фото Веры Дробиной: Александр Михайлович и Федор Гнилицкие.

Номер выпуска: 
Оцените эту статью: 
Голосов еще нет

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос помогает Нам определить, что Вы не спам-бот.
1 + 0 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.